Рука уже спустя секунду ощутила невыносимый жар, а вместе с ним пришло и понимание чужих страданий.
При каждом движении по телу разливалась тупая, ноющая боль — тихий шёпот недавнего вмешательства. Она напоминала о себе лёгким покалыванием, словно множество крошечных иголочек касались раны. В глубине разреза иногда вспыхивало жжение — верный признак того, что жизнь медленно, но верно возвращалась в повреждённые ткани.
Рана выглядела спокойной, умиротворённой. Не было ни следа тревожного покраснения или подозрительных выделений. Швы держали крепко, уверенно. Вот только была одна существенная деталь: Семён изнывал от голода.
— Тебе что-нибудь приготовить? — спросила она, трактуя ощущения вампира не совсем верно.
— Нет, Ангела, спасибо, аппетита нет совсем. Целовать не будешь?
Она с улыбкой склонилась и чмокнула его в поясницу. Семён заворчал.
— Хоть какой-то прок от этой пробоины.
— Если ты не хочешь есть, тогда почему я чувствую твой голод?
— О, как многому ты научилась всего за один день. Давай забудем о голоде, ага? Лучше переключись на мои желания.
— Сём, я серьёзно. Тебе нужна кровь?
— Я тоже предельно серьёзен, Ангела. Твою кровь я не буду, это неоправданный риск. Я вчера взял больше, чем следовало.
— Тогда тебе нужен кто-то другой, — с расстановкой произнесла она, мысленно содрогаясь от такой перспективы.
Она попыталась представить его с другой женщиной. Его губы в контакте с чужой кожей, его клыки, пронзающие плоть незнакомки, и поняла, что готова поддаться панике. Чудовищное чувство ревности охватило всё нутро.
— Я потерплю, — он словно подслушал её мысли, перевернулся на бок, обвил талию руками и уткнулся лицом ей в живот. — Правда, потерплю.
— Но ведь в скором времени это всё равно случится, — она не верила, что молотит подобное собственным языком. — Так к чему жертвы?
Он молча лежал.
— Сём?
Поднял взгляд.
— Есть у тебя какая-нибудь страшная соседка, которая всегда готова накормить страждущего вампира?
— Как ты себе это представляешь? Я постучусь, очаровательно улыбнусь и кусну зазевавшуюся девицу…
— Желательно, чтобы это была беззубая старуха, — внесла ясность Геля.
— Да-да, вот эту бабусю я и укушу в паузе между «Здравствуйте!» и «Не одолжите ли сахарку?», правда?
— Не знаю, — она погладила его по волосам.
— Тогда тема закрыта. Поцелуешь меня?
Она, конечно, наклонилась и до мурашек нежно накрыла его губы своими. Он ответил той же монетой и немного подразнил её языком, потом отодвинулся и сказал:
— А как насчёт другого поцелуя, м? Взаимного.
Семён лукаво улыбнулся и медленно опустил руку к паху. Обхватил себя у основания, провёл вверх по всей длине, снова двинулся вниз. Геля заворожённо наблюдала за ним.
— Взаимного, в смысле я поцелую тебя, а ты потом меня? — кончиком языка она провела по пересохшим губам.
— Неа, одновременно.
Секунду они смотрели друг на друга, потом Геля хлопнула в ладоши.
— Отлично. Тогда предлагаю сначала тебя накормить, а потом ублажить. Если ты против, мирно ложимся спать.
— Это шантаж? — он убрал от себя руку.
— Ультиматум, — она подмигнула.
— Бессердечная ты женщина, — Семён вздохнул. — Ладно, давай обратно напяливай трусы, джинсы и что там ещё надо.
Через полчаса они уже подъехали на такси к загородному ночному клубу. Вампир неловко вывалился из машины, придержал дверцу для своей девушки, а когда они оказались лицом к лицу, спросил:
— Ты точно этого хочешь? Смотреть как я…
— Да, — она храбро вскинула голову и погладила колечко у него в носу. — Это лучше, чем домысливать, как всё происходит, когда ты остаёшься с ними наедине. Пускай будет на моих глазах.
Они вошли внутрь и уже с порога окунулись в атмосферу беззаботного веселья. Музыка здесь — главный герой вечера. Диджей умело микшировал популярные треки, создавая непрерывный поток энергии от ритмичного хауса до мелодичного дип-хауса. Звуковая система высшего класса гарантировала кристально чистый звук.
Интерьер клуба оказался продуман до мелочей: удобные диваны вдоль стен, современный танцпол с LED-подсветкой, барная стойка с широким выбором напитков. Мягкое освещение расслабляло, а в моменты танцевальных сессий включалась яркая светомузыка.
Семён лихо протиснулся к бару, ведя за собой Ангелу. Взмахом руки подозвал бармена.