«Джинн с духовным застоем.
Пациент: Амир Пыльный, 456 лет.
Диагноз: Нарушение энергетической циркуляции.
Симптомы: Потеря магических способностей, слабость, апатия.
Лечение: Очистительные ритуалы, специальные благовония, медитативные практики».
«Тролль с каменной болезнью.
Пациент: Горг Каменное Сердце, 213 лет.
Диагноз: Окостенение мягких тканей.
Симптомы: Частичная минерализация тела, потеря подвижности.
Лечение: Растворяющие эликсиры, массаж с использованием специальных масел, диета с пониженным содержанием кальция».
Последней на глаза попалась карточка, от которой волосы на голове главврача встали дыбом.
«Древний вампир с сердечным приступом.
Пациент: Драгомир Чернокровный, 1027 лет.
Диагноз: Нарушение сердечной деятельности, аритмия, отдышка.
Симптомы: Сбои в работе сердца. Острые боли в области сердечной мышцы. Замедление регенерации тканей. Общая слабость, упадок сил. Спутанность сознания.
Лечение: Инфузии концентрированной жизненной энергии. Установка артефактного кардиостимулятора. Энергетическая стабилизация через специальные ритуалы. Курс восстановительной терапии. Инъекции эликсиров на основе древней крови».
Игнат уточнил номер палаты и сорвался с места. В дверях столкнулся с Магдаленой.
— У тебя что-то срочное?
— Да, хотела тебя попросить избавить меня от присутствия Киры на моих занятиях, — она до того медленно проговаривала каждое слово, что главврачу захотелось хорошенько её тряхнуть, чтобы активнее молола языком. В конце своей нудной речи она коснулась его плеча рукой и будто разгладила невидимую складку на рукаве пиджака.
— Я поговорю с ней, — пообещал он и хотел продолжить путь, но упрямая учёная дама продолжала скалиться.
— Я подумала, может, поужинаем где-нибудь вместе? Наверняка ты знаешь отличный ресторан.
— Да, непременно. Отличная идея, — согласился Игнат, даже не вникнув в суть вопроса. — Извини, я спешу к пациенту.
К отцу, мысленно добавил он и вздохнул. Они не виделись почти две сотни лет.
В палате он был не один. У изголовья стояла Кира и что-то заполняла на планшете. Отец спал.
Игнат подошёл и забрал из рук хирурга историю болезни. Пробежался глазами по сухим строчкам рукописного текста.
«Рекомендации: Строгий режим питания (регулярное употребление свежей крови). Исключение физических нагрузок. Контроль артериального давления. Регулярный мониторинг сердечной активности.
Особые указания: Запрет на эмоциональные потрясения. Поддержание постоянной температуры в помещении. Контроль энергетического баланса.
Прогноз: Стабильный при соблюдении всех рекомендаций. Требуется постоянный медицинский контроль из-за особенностей физиологии и преклонного возраста пациента».
Кира не шелохнулась и даже не пробовала возразить. Насупилась. Молчала. Делала вид, что по-прежнему находится наедине с пациентом.
Игнат бросил взгляд на больничную койку, где неподвижно лежал древний вампир. Бледная, почти прозрачная кожа казалась восковой, а черты лица заострились, словно вырезанные искусным скульптором из куска камня.
Морщины, глубокие и изломанные, покрывали лицо. Длинные пальцы, когда-то сильные и изящные, сейчас безвольно лежали поверх одеяла. На шее пульсировала тонкая жилка — единственный признак жизни в этом застывшем облике.
Мониторы у кровати отбрасывали зеленоватые блики на лицо. Кривая пульса дёргалась неровно, словно пыталась вырваться из плена времени. Давление скакало, то поднимаясь до опасных отметок, то падая почти до нуля.
Рядом с кроватью возвышались штативы с капельницами. В одной — густая, почти чёрная жидкость, в другой — светящийся голубоватым светом эликсир. От них тянулись тонкие трубки к венам вампира, словно пытаясь поддержать жизнь в этом древнем существе.
Его дыхание было едва заметно — короткие, прерывистые вдохи, будто он пытался удержать ускользающий воздух. Густые, тёмные волосы разметались по подушке, а в уголках губ блестела капля слюны.
Кира, наконец, осмелилась поднять взгляд на главврача, и вся напускная обида вмиг улеглась.
— Что с тобой? — она легонько тронула его руку, стискивающую планшет.
— Это он, — Игнат кивком головы указал на пациента, — мой отец.