Глаза красные — глубокого красного цвета, цвета крови. Они, как огненные ямы, светятся в углублениях обветренной кости. Зрачки темные, почти черные. Взгляд этих глаз перешел от склонившегося юноши к девушке, и губы оттянулись от желтых зубов в хищной усмешке.
— Так. — В этом единственном слоге слышалось глубокое понимание. Это слово вылетело изо рта и повисло в воздухе. — Ты Линда Сандалл. А это, должно быть, один из твоих домашних любимцев.
— Я ее любовник, если это что-нибудь для тебя значит.
— Есть еще четверо таких в разных кварталах этого города. Молодая леди необычайно активна.
Брин встал, машинально прикрывая руками промежность. Щеки его вспыхнули, и он посмотрел сначала на Линду, потом на альбиноса.
— Ты лживый ублюдок. И кто ты такой? Какого дьявола ты тут делаешь? Что здесь нужно такому калеке?
Бледный мужчина невольно шевельнул рукой, как человек, увидевший, что на его кожу села оса. Он крепче сжал рукоять трости и приподнял ее. И продолжал внимательно смотреть на Брина.
— Будь это необходимо, я бы обязательно запомнил твое лицо и твое имя. Однако в этом нет необходимости, и я не запомню. Но я представлюсь тебе. Вам обоим. — Он поклонился, и его белые волосы покачнулись на плечах. — Меня зовут Магус Ричард де Геклин Лоренс, и я двадцать пятый барон Мескарл. Хотя сейчас этот титул ничего не значит.
Сейчас, когда шок от появления незнакомца слегка прошел, к Линде вернулось самообладание. Она перекатилась по матрацу и протянула руку к маленькому ящику в полированном шкафчике. Она пыталась нащупать вибратор, который держала здесь наготове для игр, если ей захочется поиграть. Но пальцы ее ничего не нашли.
— Он не здесь.
В мягком голосе звучала торжествующая нота. Голос человека, который предусмотрел все возможности и знает это. Магус согнул палец и поманил кого-то из умывальной комнаты.
— Входите, друзья мои. Время проходит, и нам пора уходить.
Если Магус был отвратителен и страшен, те, кто вошел в комнату, почти гротескны. Один ростом в шесть с половиной футов, худой, как луч лазера. Второй вполовину первого ростом и вчетверо тяжелее. Оба они улыбнулись паре в спальне.
— Вот так. Теперь, думаю, нам всем лучше уходить.
Брин посмотрел на трех человек, взвешивая свои шансы. Альбинос не угроза, худой тоже. А толстый карлик выглядит слишком медлительным. Брин размял мышцы и шагнул вперед.
— Забудьте про «нас» и побыстрее уходите. Эта леди — дочь одного из богатейших…
— Они это знают, Брин. Поэтому они здесь.
Магус мягко улыбнулся.
— Отлично. Мне говорили, что ты умна и быстро соображаешь. Это верно.
— А как насчет меня? — спросил парень.
— Да, как насчет этого мальчика, мисс Сандалл? Возможно, вы скажете ему, что с ним случится.
Она посмотрела на кровать, стараясь не встретиться взглядом с Брином. Он повернулся к ней, умоляюще протянул руки.
— Позволь мне пойти с тобой, Линда. Пожалуйста.
Магус наморщил длинный нос, повернулся к низкорослому и просто сказал:
— Ударь его, Чинк.
Правая рука карлика мгновенно вылетела из-за спины, шорох движения и блеск металла. Линде показалось, что за долю секунды в центре горла ее любовника появилась яркая драгоценная полоска. Эта драгоценность расцвела ярко-красным цветом, выбросив густой фонтан. Брин поднял руки, словно хотел ощупать рану, но мозг его отказал до того, как руки дошли до цели, пальцы разогнулись и согнулись, хватая воздух, и он упал на ковер. Ноги его двинулись, как у человека, устраивающегося удобно поспать, и он умер.
Линда без интереса посмотрела на то, что недавно было ее любовником, и повернулась к альбиносу. Магус смотрел ей в глаза, словно искал следы хоть каких-то эмоций.
— Идем, леди. Снаружи у меня транспорт. Одевайся, и мы пойдем. Чинк, спрячь свое лезвие. Патрейк, помоги леди. Время и Таркон Шесть никого не ждут.
Кровь больше не стекала с ковра на пол.
Через пять минут в комнате никого живого не было.
Глава 2
Он был здесь и исчез!
— Пожалуйста, господа. Я буду благодарен, если вы выслушаете все, что я говорю. Особенно вы, лейтенант Кегни или как вас?
— Богарт, сэр. Лейтенант Юджин Богарт.
Худое лицо ученого сморщилось от такого громкого ответа. В его доме, в хрустальном и стальном мире тихой лаборатории, шум и физическое присутствие трех офицеров ГСБ вызывало у ученого беспокойство. Особенно тот низкорослый, с коротко подстриженными волосами, которого содержимое его левой ноздри интересует больше, чем лекция старшего хронолога Дриана Левина.
— Пожалуйста, продолжайте, господин Левинт. Я уверен, отныне лейтенант будет вас внимательно слушать.
Этот голос, спокойный и елейный, ученому понравился, и он улыбнулся офицеру.
— Вы коммандер Шмидт, думаю?
Язык его запнулся на согласных этого имени.
Шмидт молод, он едва расстался со званием курсанта. Новизну его повышения выдают новенькие полоски на рукавах и груди. Волосы у него подстрижены почти так же коротко, как у Богарта, завитки светлых волос намного выше воротника. Лицо пухлое, с толстыми губами и полным ртом, который слишком легко улыбается. А вот голубые глаза улыбаются редко. Считалось, что он далеко пойдет в службе безопасности. И многие считали, что чем дальше, тем лучше.
— Дерьмовый сопляк! — прошептал Богарт так тихо, что его услышал только стоящий рядом офицер.
— Что? — рявкнул Шмидт. — Что вы сказали, лейтенант?
— Жарко.
— Что?
— Нет, сэр.
— Нет что?
— Нет что, сэр.
— Нет что?
На верхней губе Шмидта выступил пот, разговор уходил от него, скользя в болото тщательно рассчитанного неподчинения.
Богарт вытянулся по стойке смирно.
— Совершенно верно, сэр! Не что. Сэр.
Левин стоял у компьютероскопа, ожидая, когда закончится этот нелепый обмен репликами.
— Лейтенант. — Шмидт едва сдерживал ярость в голосе. — О чем вы говорите?
— Вы спросили, что я сказал, сэр. И я вам ответил. Я не сказал «что». Я сказал «жарко», сэр. Теперь это понятно, сэр?
Короткий палец указал на Богарта.
— Я добьюсь, чтобы вас наказали вас за это. Не думайте, что вам сойдет с рук эта грубость мне.
— Не думаю, Шмидт. — Впервые заговорил коммандер Саймон Рэк. Его интересовал рассказ хронолога, но он не удивился, когда Богарт начал отвлекаться. Действия — вот что любит Богарт, и вот в чем он хорош. С Саймоном его объединяет нелюбовь к подробной регламентированности Галактической службы безопасности, и именно это мешает им получить более высокие звания. Им обоим не нравится молодой коммандер Шмидт, которого им навязали как к наиболее опытным работникам разведочного отдела службы.
— Он был груб со мной, Рэк.
— Я коммандер, Шмидт, и не привык слышать оскорбления со стороны более молодых офицеров. Тем более от офицера, который только что расстался с гравитацией в два яйца. Я слышал, что лейтенант постарался ответить на ваш вопрос, а вы обращается ко мне, чтобы продлить это глупое дело. Предлагаю вам оставить эту тему и продолжать слушать интересные объяснения хронолога.