— Хорошо. Уходим. Есть ли еще что-нибудь, что мы должны знать?
— Думаю, нет. Убедитесь, что вы не изменили установку и не вернетесь на день раньше. Помните, что вы не можете занимать то же самое пространство, что вы занимаете в прошлом.
При этих его словах в лаборатории возникло темпоральное нарушение, более сильное, чем все предыдущие, и слова Томаса закончились нечленораздельным бормотанием.
— Опять. Все потерялось в искажениях времени.
— Я говорил, что вы не должны рисковать встречей с самим собой. Вы не выживете в одном и том же пространственно-временном континууме как двойники. Берегитесь этого.
Кивнув, Саймон и Богарт переглянулись, положив пальцы на кнопки управления поясов.
— Готов, Богги? Хорошо. Пять, четыре, три, два, один, нажали.
Саймон ожидал, что будет как в прошлом коротком путешествии, но было не так. На этот раз ему показалось, что гигантская рука ухватила его мозг и вращает его. Все потемнело, перед глазами замелькали искры. Он услышал водоворот звуков и почувствовал, что его тошнит.
Потом, так же неожиданно, как начались, неприятные ощущения прекратились. Только что Саймон стоял в безупречно чистой, с кондиционированным воздухом, лаборатории. А теперь лежит на спине в густой влажной траве, и брюки пропитались водой.
Было жарко. Почти невыносимо жарко, с очень высокой влажностью. На лбу проступил пот, и Саймон машинально расстегнул воротничок мундира. Осторожно, держа кольт наготове, он встал и осмотрелся. Трава выше шести футов, ее острые концы слегка качаются на ветру, делая невозможном увидеть что-то далекое во всех направлениях. Справа видна группа деревьев выше травы.
Сразу возникли два важнейших вопроса. Первый — где Богарт? Он должен быть рядом. Второй — в каком он времени? Очевидно, в далеком прошлом. Климат другой, и небо другого цвета. Более темный и глубокий синий цвет.
— Богги!
Он не решался кричать громко, на случай если Магус поблизости. Или если он вспугнет бог знает кого. Его старый армейский инструктор всегда говорил: умный человек на чужой планете способен жить вечно — если ему повезет. Дурак умудрится убить себя за пять минут. Если ему повезет.
— Богги! Ты здесь?
Он подпрыгнул и повернулся кругом. Услышал хруст травы, как будто к нему, тяжело дыша, приближается что-то большое и тяжелое. На мгновение Саймон забыл о Богги и поискал укрытие. Помимо деревьев примерно в пятистах футах от него, никакого укрытия не было. А хруст приближался. Если не можешь бежать, остаешься на месте и сражаешься; об этом ему не требовалось напоминать себе. Он опустился на колени и направил парализующий пистолет в сторону шума. Палец лег на спуск.
Теперь он смутно что-то увидел. Почти прямо над собой. Из травы высунулась голова. Нажать…
— Привет, Саймон. Здесь ужасно жарко.
— Где ты был? Почему не здесь?
Тяжело дыша и обливаясь потом, Богарт сел рядом с Саймоном, выругался и встал, обнаружив, что сразу промокли брюки.
— Не знаю. Когда мы нажали на кнопки, мне показалось, что старина Томас хочет сказать еще что-то, поэтому я начал двигаться к нему. Тут на меня обрушилось, и думаю, я немного переместился. И обнаружил, что лежу головой вниз на колючей траве. Мне не сразу удалось освободиться от этой травы. Я слышал, как ты меня зовешь, но решил, что лучше не шуметь. Просто на случай, если кто-то — или что-то — тут поблизости.
Саймон улыбнулся.
— Ну, тогда пошли. Похоже, вон те деревья растут на возвышенном месте. Пойдем туда и осмотримся.
Они осторожно двинулись по мокрой траве, на каждом шагу погружаясь по щиколотку. Хотя небо было таким же синим, а день казался ярким и безоблачным, солнца не было видно. Рассеянный свет словно проходил через дымку и не отбрасывал тени. Вокруг множество насекомых, они вылетали из потревоженной травы и раздраженно гудели.
— Как ты думаешь, Саймон, когда это? — тяжело дыша, спросил Богги, останавливаясь, чтобы вытереть жгущий глаза пот.
— Наверно, очень далеко в прошлом. До любых записей о Райоле. До того, как планета была колонизирована. Это одно из немногих мест в галактике, где не требовалось менять атмосферу или приноравливаться к тяготению. В этом смысле нам повезло. Иначе мы бы уже погибли. Воздух хороший, и тяготение всего на три процента выше, чем на Сол Три.