— Наш семейный бюджет многократно вырос в последнее время, — жаловалась шепотом Наталья. — А денег катастрофически не хватает. Может, кредит возьмем?
— Нет, — категорически отверг такую идею Сергей. — Будем учиться тратить те, что зарабатываем.
Он никак еще не мог понять эту банковскую заманиху, когда можно спокойно и без излишней нервотрепки брать деньги в долг у государства и возвращать постепенно с процентами. Ему такое положение вещей не просто было в новинку, но и неприемлемо. Никогда не любил брать в долг, чтобы потом он висел тяжким грузом на шее и давил. И если Галина и позволяла себе иногда влезть к соседям в кабалу, то старалась без афиширования. Иначе получила бы выговор от мужа. Без скандала, но жестко и требовательно. А тут еще и с процентами. Правда, все вокруг так и поступали, но Сергей решил и здесь приучить семью жить по средствам и сегодняшним днем, имея небольшой запас и на черный день.
— Учись тратить ровно столько, сколько зарабатываем. Нет денег, так не и покупок. Переждем.
— Но ведь нужно и к зиме детям, и тебе теплую куртку с сапогами. Мы подождем, а зима без спроса приходит.
— Что к этой, а что к следующей зиме, — категорично обрубил Наталкины фантазии Сергей. — А то к этой зиме ты хочешь многого, а к следующей одни долги останутся. Будем исходить из реальных поступлений доходов. Необязательно детям в таком дорогом магазине покупать. Им дешевые даже удобней. Не так жалко рвать и пачкать. А то потом сама будешь за сердце хвататься при каждом лишнем пятнышке и дырочке.
Наталья кивала, вроде соглашалась, но самой в душе хотелось большего, чем есть, а уж тем более, чем было раньше. Она все еще никак не могла поверить в такую внезапную стабильность и благополучие по общим меркам. Не богатые, но в достатке.
Дети визжали и хлопали. Главный герой побелил всех врагов и спас хороших. А родители так и не узнали из-за финансовых полемик, о чем все-таки была эта сказка. Но она понравилась детям, а потому по дороге домой все в деталях донесут и до их ушей. Тем более, что они решили пройтись после спектакля до дому круговой дорогой, чтобы сегодняшний ясный теплый день не пропустить и в полной мере насладиться им.
— Папа, папа! — кричал Артем. — А помнишь, как ты тогда этих трех плохих дядек раскидал?
— Ну, вроде пока еще не забыл.
— Вот этот герой так же с этими гоблинами разделался. Всех троих раскидал. А еще забросил в болото. Ну, точно, как и ты тех в яму.
— Там не болото было, — вмешалась Лиза. — Это мертвое озеро. Оно дымилось и пыхтело, потому что там жили злые духи. И они всех съедали, кто попадал к ним.
— Но они же гоблинов не съели, — не соглашался Артем, жестикулируя руками. — Просто побили их и выгнали.
— Ой, Артем, ну это же спектакль, все понарошку. Кто же их есть всамоделешно станет? И вообще это даже не гоблины были, — спорила Лиза. — Гоблины из другой сказки.
— А кто тогда? Самые настоящие гоблины. И они их съели, или вообще убили, чтобы те не вернулись никогда.
— И нет. Просто такие, похожие, как будто гоблины. А в самом деле, так это были роботы, как автоматы, то есть, игрушки. Главный герой прилетел со звезды и спас своих товарищей.
Еще не совсем до конца, но теперь Сергей с Натальей хоть немного представляли сюжет и смысл этой звездной сказки. И кто на самом деле ее главные герои. А то до сих пор думали совсем наоборот, что плохие, это правильные герои, а хороших нужно было побороть. Дети прямо задохнулись от возмущения от таких предположений. И Наталья быстро поняла, как она оказалась неправой, задавая такой вопрос.
— Вот если ничего не поняли, так не гадайте, а внимательно выслушайте, про что и о ком эта сказка, — разгорячилась Юлька и вкратце пересказала сюжет спектакля.
— Пойдемте напрямую, — крикнул Артем, пальцем указывая направление предполагаемого движения. — Мы всегда через этот двор бегаем, когда в парк гулять ходим.
— Это с кем вы тут бегаете? — удивленно и возмущенно спросила Наталья, пристально вглядываясь в лица детей, в ожидании ясного ответа. — Вы сами бегаете гулять сюда?
— Ну, так ты сама нас раньше всегда одних отпускала на качелях покататься, мама, — заступилась за всех Лиза. — Здесь и идти-то всего ничего. И дорогу переходить не нужно. Два двора, площадь и сразу в парк попадаем. Сама уже забыла, а удивляется, словно и не было такого.
— Да, мама, — поддержала Юлька. — А сейчас, когда мы с папой, так ни разу самостоятельно и не ходили. Просто с папой всегда через кафешку, потому и забыли про эту дорогу.
— А ведь папа просил такие подробности не распространять, — толкнула локтем Юльку Лиза. — Болтушка она, правда, папа, такой секрет выболтала, а это была наша тайна.
— Дети, мы не будем друг на друга по таким пустякам сердиться, — успокоил детей Сергей. — Я и сам про такие мелочи, как лишнее мороженое и жвачки, маме рассказывал. А зачем скрывать это, если в них не было ни криминала, ни маминого запрета.
— А все равно без спроса не нужно было болтать, — сделала заключительный вывод Лиза. — Спроси и рассказывай.
Они не успели нырнуть в арку, ведущую во двор, как из-под нее выскочила ватага мальчишек и, чуть не сбивая с ног мирно прогуливающую семью, понеслась вдоль дома за угол. Или нахулиганили, а теперь пытаются в срочном порядке покинуть место преступления, или повздорили с местной шпаной, а теперь делают ноги, срочно скрываясь бегом от возможного правосудия или приличной трепки. Но бежали очень быстро и сломя голову, что одна, как оказалось, девочка лет девяти-десяти, врезалась в живот Сергею, испуганно отпрянула в сторону и, не поднимая глаз, помчалась следом за остальными, скрываясь за углом.
— Хулиганы! — бросила им вслед Юлька, показывая кулак. — Вот носятся, как угорелые, с ног сбиваю культурных граждан. Под ноги смотреть нужно, а то чуть папу не свалили.
— Ты, Юлька, их возможности завышаешь сильно, — усмехнулся Сергей, потирая живот, в который таранила девочка. — Меня сшибить таких малявок недостаточно.
— Это бродяжки, — довела до общего сведения Лиза, как самая компетентная. — Я их в парке часто встречаю. Они по кустам прячутся и все, что плохо лежит, крадут. Ну, или берут. Не знаю, как правильно.
— Если чужое и без спроса, то это воровство, — констатировал Артем. — А воровать некрасиво. За это в тюрьму сажают.
— А ты, Лиза, откуда их знаешь? — удивилась Наталья. — Я что-то ни разу не встречала их в парке.
— Ой, мама! — возмутилась Лиза недоверием. — Ты же по кустам и зарослям парка не лазишь, вот и не видишь ничего.
— Вот объясни нам, что ты там в этих зарослях и кустах делаешь? — спросила Наталья.
— Ну, мама, мало ли чего понабилось. В туалет сходить, или просто так чего глянуть. Много причин бывает. Сейчас разве припомнишь все. Не по дорожкам же топать все время. Скучно будет.
— Сережа, что с тобой, что случилось? — испуганно спросила Наталья, заметив, как друг и неожиданно побледнел ее муж, внезапно схватившись двумя руками за виски.
— Нет, нет, все в норме. Просто немного сдавило в груди, и голова закружилась. Сейчас пройдет, да уже хорошо. Так иногда у всех бывает, не заостряй внимание. Уже лучше.
— Может, сердце? — тревожно спросила жена. — Пойдем, на лавочке немножко посидим, отдохнем.
— Мы и так долго сидели, отдыхали. Успокойся, милая, с сердцем у меня всегда порядок стопроцентный был. Это не оно, просто показалось, подумалось, вот и напрягся.
Что показалось, Сергей объяснять не хотел, поскольку понимал бред своего видения и предположения. Но эти глаза, мелькнувшие из-за угла, неожиданно заставили сердце учащенно молотиться. Он отгонял от себя это наваждение, и ему вовсе ни к чему тревожить и беспокоить своих родных и любимых своими галлюцинациями. Давно пора уже все забыть и успокоиться, твердо вбив себе в башку, что потерянное на века в том далеком и уже чужом мире возвратиться, не может и не должно, как бы ты не желал его. Прошлое, как история, которое можно вспоминать, изучать, но не вернуть, и никак уже повторить нельзя.