Гарнати, можно заключить, что оно применяется к населению Киевской Руси, причем к
населению славянскому, ибо автор отделяет его и от тюрок, и от угро-финнов.
5. Неизвестный башкирский информатор Йакута (XIII в.)
В географической энциклопедии <Справочник по странам и поселениям> (<Му'джам ал-
Булдан>) Йакут (1179-1229), повествуя о башкирах (ал-башгурд), вспоминает о своей
беседе с одним из них, произошедшей в городе Алеппо [282, т. 1, с. 323]. Йакут обнаружил
в Алеппо многочисленную общину людей, называвших себя башкирами: то были
переселенцы из Венгерского королевства. Одного башкира Йакут попросил рассказать об
их стране. Собеседник Йакута, судя по его рассказу, сам жил какое-то время в тех местах, где в Венгрии обитали башкиры-мусульмане. Он подробно рассказывает о башкирских
3 Зак. 101
поселениях, может приблизительно определить расстояние до них от Алеппо, даже
говорит, что сделал бы, если бы вернулся в Венгрию. Все это дает основание причислить
рассказ неизвестного башкирского информатора к сообщениям путешественников, лично
побывавших в Восточной и Центральной Европе.
Неизвестный собеседник Йакута рассказывает не только о Венгерском королевстве, ко и о
соседних с ним странах. К востоку от Венгрии, сообщает он, находятся страна румийцев и
Константинополь, к западу - Андалусия, к югу - Рим, столица папы, которому
принадлежит верховенство над ифрандж. Слово ифрандж здесь обозначает всех
европейских христиан, в том числе и венгров {ал-хункар), которых башкирский
информатор четко отделяет от своих соплеменников. К северу от Венгрии находятся земли
сакалиба.
Таким образом, сакалиба - народ, который отличается от ифрандж и обитает к северу от
Венгрии. Этим условиям в наибольшей степени удовлетворяют славяне - прежде всего
жители Чехии и Польши. Очевидно, именно их имеет в виду башкирский информатор
Йакута, говоря о сакалиба.
Таковы сведения об употреблении слова сакалиба у тех мусульманских авторов и
путешественников, которые посетили Восточную и Центральную Европу лично. Нетрудно
заметить, что практически во всех разобранных случаях - за исключением разве что
ошибки Ибн Фадлана - название сакалиба применяется к славянам. В последующих главах
мы рассмотрим, какие изменения оно претерпело, переходя из одной компиляции в
другую.
Примечания
1 Некоторые туманные упоминания о сакалиба в восточных источниках вызвали научные
дискуссии, оставшиеся, впрочем, безрезультатными вследствие неясности материала. В
737 г., например, Марван Ибн Мухаммад, будущий омейядскнй халиф Марван 11 (745-
750), совершил поход против хазар и разгромил поселения каких-то сакалиба [149, с. 207-208; 138, т. 8, с. 77-73]. А.Я. Гаркави поставил под сомнение весь рассказ, заметив, однако, что он может содержать крупицу истины - именно, что арабы столкнулись на поле боя со
славянами, служившими хазарскому кагану [7, с. 41-43]. Й.Маркварт предположил, что
Марван, перейдя Кавказские горы, направился на Дон, где столкнулся со славянами,
признававшими власть кагана [540, с. 199]; впоследствии подобную идею высказал А.П.
Новосельцев [377, с. 370-371]. Идентификация сакалиба со славянами вызвала, однако, резкую оппозицию А.Зеки Валиди Тогана, считавшего, что сакалиба следует в данном
случае отождествить с тюркскими н финскими народами Поводжья [227, с. 307]. Сходного
мнения придерживался и М.И. Артамонов [325, с. 220]. Между тем точно установить, кто
имеется в виду, практически невозможно. Интерпретация Маркварта -- Новосельцева
представляется маловероятной, ибо арабский полководец совершенно не нуждался в том, чтобы совершать длительный и изнурительный поход к местам расселения славян на
Дону, когда его целью была хазарская столица на Волге. Столкновение произошло скорее
недалеко от Волги. Гипотеза Тогана здесь более правдоподобна, но в плане толкования
понятия сакалиба она основана единственно на приводимом им и посвященном тому же
походу фрагменте из <Книги завоеваний> (<Китаб ал-Футух>) ал-Куфи (ум. около 926 г.), где Волга именуется <рекой сакалиба> [227, с. 296 и далее, 306-307]. Исходя из того, что
на Волге жили буртасы, волжские булгары и т.д., Тоган полагает, что все народы,
обитавшие в Поволжье к северу от хазар, назывались у мусульман сакалиба. Но и против
этой трактовки можно выдвинуть возражения. Народы Поволжья известны у
мусульманских авторов под своими собственными названиями (булгары, буртасы) и их
обычно не смешивают с сакалиба. Далее, Ибн Хордадбех тоже упоминает о Волге, именуя
ее <рекой сакалиба> [134, с. 154], но в другом фрагменте, посвященном той же реке, не
употребляет этого названия, сообщая, однако, что она течет из страны сакалиба [134, с.
124]. Отсюда полагать, что Волга у мусульманских авторов именуется <рекой сакалиба> потому, что под сакалиба разумелись волжские булгары и буртасы не обязательно;
появление такого названия следует скорее объяснять тем, что в представлениях арабов в
стране сакалиба находились ее истоки. Таким образом, однозначно заявлять, что сакалиба
данного фрагмента - утро-финны и тюрки, вряд ли правомерно, но и любая
альтернативная идентификация встретит непреодолимое препятствие - отсутствие ясных
указаний в источниках. Ал-Мас'уди упоминает о каких-то сакалиба, живших в X в. в
хазарской столице [291, т. 1, с. 112]. По-видимому, и в том, и в другом случае речь идет о
каких-то переселенцах из подвластных хазарам племен, среди которых могли быть и
славяне [355, с. 18], но для того чтобы определить значение понятия сакалиба для данного
случая, сведений слишком мало. Другой известный пример - приписывание арабскими
авторами нисбы ас-Саклаби византийскому императору Василию I Македонянину (867-
886) [44, сер. 3, с. 1858; 291,т. 1, с. 209; 135, с. 171; 232, с. 317; 248, т. 6, с. 233; 264, т. 11, с.
257]. Весьма просто в данном случае объявить, что под сакалиба арабы подразумевали
всех жителей Балкан к северу от Константинополя, вне зависимости от происхождения.
Но арабские авторы (из процитированных - ат-Табари, ал-Мас'уди, Ибн ал-Асир) обычно
оговариваются, что Василий называется ас-Саклаби потому, что его мать - саклабиййа. К
сожалению, источники не дают более никаких сведений относительно того, кем была мать
Василия. В результате Л.Л. Васильев, посвятивший происхождению императора отдельное
исследование, пришел к выводу о существовании двух возможностей: либо арабы
подразумевали под сакалиба всех жителей Македонии, либо мать Василия была славянкой
[338, с. 65].
2 Относительно даты странствий Харуна Ибн Йахйи в историографии выдвигались
различные мнения. И.Маркварт полагал, что путешествие пришлось на 880-890 гг., ибо
граф Бозон Вьеннскнй, которого, по мысли немецкого ученого, следует отождествить с
упоминаемым у Харуна <царем бурджан> (под бурджаиами, которых Харун помещает
между Римом и Францией, подразумеваются бургундцы), стал королем Бургундии в 880 г.
[540, с. 207]. Это мнение, однако, было оспорено А.А. Васильевым, заметившим, что
мусульманский путешественник мог называть маликом и графа. Васильев, в свою очередь, считал, что Харун путешествовал после 881 г., когда была освящена Новая церковь в
Константинополе, фигурирующая, по всей вероятности, в его рассказе [612, с. 152]. На