— Здорово этот киргиз говорит по-русски!
— Ученый, видать!
— Да он большевик!
— Думает, наверное, главным стать среди киргизов.
Эти возгласы перекрывались рукоплесканиями. Председательствующий Монин кратко заключил митинг:
— Пошлем Ленину телеграмму, что поддерживаем Советскую власть.
Когда народ стал расходиться, Кривогуз остановил Сакена и что-то прошептал ему на ухо. После митинга состоялось совещание, на котором присутствовало человек тридцать. Опять выступил Катченко. Он сказал, что первым делом следует захватить власть в городе, а для этого необходимо составить организационную группу. На совещании был избран большевистский комитет из 11 человек, в состав которого в числе других вошли Катченко, Монин, Сейфуллин, Серикбаев, Кривогуз.
Трескучие морозы бескрайней казахской степи не смогли противостоять могучему теплому дыханию новой эпохи, им не удалось отменить митингов и собраний на площадях и в нетопленых залах, остудить энтузиазм многочисленных сторонников Советской власти. Из Москвы, Петрограда, Омска одна за другой приходили радостные вести, придававшие силу словам и действиям Сакена и его друзей.
Не успел Сакен получить из Омска от Шаймердена Альжанова письмо, в котором тот сообщал, что ведется подготовка к созданию казахской социалистической партии «Уш жуз»[27] (Три орды), как пришел первый номер газеты «Уш жуз» — органа одноименной партии, возглавляемой омичами Муканом Айтпеновым, Кольбаем Тогусовым, Шаймерденом Альжановым, Искаком Кобеко-вым. Шаймерден Альжанов, друг юности. Вот как далеко зашла его борьба с Букейхановым. Основное направление газеты — пропаганда идеи братства и единства тюрко-татарских народов. Газета выступала с обвинениями против главы «Алаша» Букейханова и его единомышленников. Говорила, что простому народу мало пользы от них, зато много вреда, что партия «Алаш» выгодна не трудящимся, а баям и биям.
Политические взгляды, проводимые газетой, в общем-. то были расплывчаты. И все же, размышлял Сакен, следует с особым вниманием отнестись к программе этой партии. Во всяком случае, она раскрывает суть действий партии «Алаш», алаш-ордынского правительства и пустых обещаний Алихана Букейханова, Мыржакыпа Дулатова и др.
На второй странице газеты Сакен увидел кандидатов в Учредительное собрание — от каждой группы и от партии «Уш жуз» — список № 11…
Сакен не поверил собственным глазам. Внимательно перечитал шестую в списке фамилию. «Сайфуллин Садуакас Сайфуллинович. Акмолинск». Все верно, кроме буквы «а», которая напечатана вместо «е». А вот и дальше под номером семь: Адилев Байсеит Адилевич.
— Что за безобразие! Это, видно, его рук дело. Когда это я поручал ему руководство собою?
— Байсеит, поди-ка сюда, — позвал он из соседней комнаты Адилева.
— Что случилось?
— Это твоя работа? — Сакен сунул ему в руки г зету.
Байсеит прочел. Скривил губы, но на лице появилось довольное выражение. Бросил взгляд и на другие списки.
— Будь что будет. Видишь, мы даже оказались в общем списке с Букейхановым. Гад Алихан выдвинул свою кандидатуру от нескольких организаций.
Но Сакен остановил его:
— Брось трепаться! Это твоих рук дело? Результат твоей прошлой поездки в Омск?
— Да что это с тобой?
— Когда ты бросишь привычку решать за других?
— О чем ты? Будь я проклят, если что-нибудь понимаю.
— Это ты записал нас в список?
— Нет, я и сам не знаю кто. Я же тебе рассказывал, что на казахском съезде Шаймерден много раз выступал в дискуссиях — наши слова и дела сходны с их программой. Вот они и вписали нас. Что тут особенного?
— Так нельзя делать. Надо бросать старые привычки. Они должны были известить нас об этом. Я откажусь от выдвижения моей кандидатуры в Учредительное собрание.
— А что тут такого? Подумаешь: не изберут — плакать не стану.
— Пора бы тебе знать, что не следует браться за дело, если знаешь, что проку от этого не будет. Можешь быть свободен. — И Сакен опять углубился в газеты.
На этот раз он обратился к «Революционной мысли». На третьей странице увидел напечатанное крупным шрифтом заглавие: «Ответ органу киргизской партии «Алаш» — газете «Казах» (открытое письмо)». И подпись — Кольбай Тогусов.
— Ишь ты, да «ушжузовцы» оккупировали и русскую газету!
Сакен знал, что незадолго перед тем газета «Казах» выступила против Кольбая Тогусова, ныне лидера партии «Уш жуз». Пытаясь дискредитировать Кольбая, издатели поместили статью, в которой о Тогусове говорилось в самых черных красках, и, в частности, ему ставилось в вину, что он когда-то «отдыхал» полтора года в арестантском отделении по приговору Семипалатинского окружного суда.