— Да тебя пристрелят раньше.
— Не успеют.
Численный перевес, неизвестное оружие, потеря боеспособности половины отряда, — всё это не особо располагало к наличию лучших вариантов. Зубарев боролся с собой, он понимал, что иного решения нет, но также чуствовал, что ничего хорошего из этого не выйдет.
— Ладно, действуй, — согласился наконец Иван Семёнович, — только не вздумай помереть.
— Так точно!
Артём размял шею, щёлкнул суставами пальцев и выскочил из укрытия. Он развёл руки в стороны, насмехаясь над попытками подстрелить его. Иван Семёнович, умудрённый опытом и видавший с десяток таких же молодых бойцов, подумал: «Зараза, опять за наши просчёты расплачиваться молодым». А этот самый «молодой», пробегая сквозь град посыпавшихся в его сторону пуль, был собой доволен, если бы Зубарев мог видеть его лицо, то заметил на нём удовлетворённость рок-звезды, взирающей на полный зал слушателей. Конечно, нагнетаемая им гордость была необходима для вполне себе тривиальной причины, он всего лишь глушил страх. Каким бы ни был его ППР, любая ошибка всё также могла стоить ему жизни. Он уже подобрался вплотную к загадочной установке, когда понял, что ему не дадут и секунды на то, чтобы он мог «материализоваться» и пару-тройку раз выстрелить. Артём даже не знал, смогли бы выстрелы вообще её повредить или она бронированная. Мысли его сливались, подгоняемые адреналином, в стремительный поток какой-нибудь горной речушки, решение он принял быстро. И было оно, это решение, безрассудным и ненадёжным. Молодые только такие и принимают. Он схватился за передвижной шкаф с проводами, каким-то образом выводивший из строя их приборы преломления реальности. В момент, когда человек, готовивший коробку к новому запуску, нажал на такую банально красную кнопку, Артём активировал свой ППР, изменив настройки усилием мысли, не зная даже, получилось ли у него это.
Никто ничего не почувствовал, никто ничего не понял, бой продолжился так, словно и не было ни оружия, ни бойца по имени Артём. В прочем, его и правда не было: пытаясь найти выход из безвыходного положения, он стёр себя из объективной реальности вместе с ломающей ППР установкой. Столкновение окончилось, все члены отряда остались живы. Николай отделался сотрясением мозга, Владимир месяц лежал в больнице, понемногу восстанавливая зрение. Иван Семёнович вскоре после их возвращения отчитывался перед начальством.
— Операция прошла успешно. — Докладывал он.
— Какие-нибудь непредвиденные обстоятельства?
— Никак нет.
— Что скажете о пополнении своего отряда?
— Присланный вами новичок неплох, — он на мгновение свёл вместе брови, задумавшись, — хотя, мне казалось, что ко мне должны были двоих прислать, странно.
— Наверное, вы переутомились, Иван, — начальник по-дружески похлопал его по плечу, — никого, кроме Коли я вам не присылал.
Зубарев знал, что это правда, но в душе его с тех пор поселилось отвратительное ощущение. Ему казалось, будто кто-то в тот день снова бесславно сгинул, как бывало уже не раз в прошлом, но никаких доказательств тому не было. Лишь со временем он забыл об этом, погрузившись в работу.
Николай вскоре погиб, прибор преломления реальности неравномерно разогнал его тело, зрелище было не для слабонервных. Владимир ушёл из отряда, занявшись охраной учёных, работающих над ППР. Иван Семёнович же всё ждал, когда проект закроют. Будучи свидетелем его рождения, а после и всех сотворённых технологией ужасов, он теперь хотел лишь дождаться конца. Его «Арес-1» постоянно пополнялся свежей кровью, быстро, в прочем, утекающей из-за постоянных полевых тестов. Воевал Зубарев недолго, его мечты об окончании всего этого беспредела, казалось, сбылись в тот день, когда группа неизвестных в один день ликвидировала всех кураторов проекта. Некому было обучать новых мастеров изготовлению, настройке и использованию приборов преломления реальности, те, что остались, были уничтожены, а их операторы отправились на заслуженный отдых. Тогда Иван Семёнович собрался было зажить обычной жизнью, никогда больше не пользоваться своим ППР и уехать куда-нибудь на север. Последнее ему удалось, но не по тем причинам, по каким хотелось бы. После «утечки мозгов» и ликвидации проекта на оставшихся операторов ППР кто-то начал охоту. Одна тревога сменила другую, Зубарев так и не смог прожить ни дня в столь желаемом покое. Он заплатил огромную цену за одну лишь попытку человечества подчинить себе вертекс. Первую, но далеко не последнюю.
5.
Филин И. И.,
глава отдела разработок «РСТ».
Головной офис компании «Басу».
4 месяца до Инцидента.