Зарубин то ли собирался дежурить до утра, то ли нашел место, где его никто не побеспокоит, но я застал лекаря развалившимся в кресле с фляжкой в руке. И что-то подсказывало, что в мятой армейской емкости не обычная вода, а огненная.
– Вы поздно, ваше сиятельство, – при моем появлении Захар нехотя встал. – Что-то случилось?
– У меня похмелье, – честно произнес в ответ. – Можете помочь?
– Конечно, – он указал на кресло. – Присаживайтесь.
С легкой опаской занял предложенное место – черт его знает, как работает магическая медицина. Но все прошло быстро и безболезненно – доктор возложил ладони на трещащую голову, я ощутил теплые лучи на макушке и миг спустя боль и тошнота полностью исчезли, хотя все еще чувствовал себя немного побитым и чертовски уставшим.
– Как самочувствие?
– Гораздо лучше. Настолько лучше, что я выпил бы еще. Что это у вас там во фляжке, сударь?
– Газированный чистый спирт. Изволите?
Желудок снова скрутило в бараний рог.
– Пожалуй, это будет чересчур. А вот от пива не откажусь.
– Что же, тогда вам крайне повезло. У набережной недавно открылся превосходный ирландский паб. Я обычно заезжаю туда после смены на пару кружек темного. Если хотите – едемте вместе. Заодно покажу вам город.
– С превеликим удовольствием.
Мы сели в гудящую колымагу и покатили в сторону моря. Грузовичок с гвардейцами тронулся следом, но держался на почтительном расстоянии и не мешал. Да и бояться было нечего – публика вокруг собралась сплошь почтенная да степенная, и никому из них и в голову бы не пришло нарываться на столь влиятельных господ.
Хозяин паба встретил нас лично и провел к лучшему столику на втором этаже с видом на волны, откуда предварительно выгнали немногочисленных посетителей. Я снова начал пьянеть без вина от небывалого ощущения власти, о которой в прежней жизни не смел и мечтать. Я впервые чувствовал себя на вершине мира, а нечто подобное доступно лишь очень ограниченному числу землян. И я собирался наслаждаться этим кайфом до упора.
Сначала мы заказали лучшего пива. Потом перешли на виски. Затем стали запивать виски пивом, и когда хмель ядом разлился по телу, Захар поднял руку и пьяно пробубнил:
– Внимание, фокус!
И поднес пальцы к виску, точно хотел застрелиться. Но вместо пули из-под ногтей ударили яркие иглы света и пронзили мозг насквозь. И вот уже мой визави стоял, не шатаясь, а зеленые глаза засверкали, как после крепкого здорового сна.
– Извольте подлечить и вас.
Я привстал, едва не опрокинув кресло, и после исцеления пьянка продолжилась, но теперь пошла в более непринужденном ключе.
– Разрешите на ты, сударь?
– Как пожелаете, ваша светлость. Можете даже не спрашивать.
– Ага. Желаю, чтобы и ты со мной на ты, окей? В смысле, хорошо?
– Хорошо, – Зарубин кивнул.
– Сейчас, обожди – сменю пластинку, а то сидим, как на поминках, – я свесился с перил и гаркнул, как медведь: – Оркестр, давай веселее! Ра-ра-распутин, лавер оф зе… ой, блин. Рубите что-нибудь бодрое, в общем.
Музыканты поспешили немедленно сменить репертуар, а я повернулся к собеседнику.
– Так вот, что узнать хотел. У тебя галифе с лампасами – служил, да?
– Так точно. Полевым клириком, пока не ранили под Красником. Взял на себя заряд немецкого чародея, чтобы прикрыть госпиталь. Я выстоял, но щит выжег почти всю ману, и меня отправили в Сакрополис на восстановление. Думаю, к началу осени полностью оправлюсь и вернусь на фронт.
– Слушай, – подался вперед и хлопнул собутыльника по плечу. – Я тебя прошу… нет, приказываю! Возлагаю особую миссию в интересах империи и всей планеты! Найди там фрица по фамилии Гитлер – и прикончи эту гниду. Любой ценой – слышишь, друг? Любой. Ценой!
– Я запомню это имя. А откуда вы… ты его знаешь? Тоже служил?
– Неважно. Просто сделай это – и окажешь огромную услугу всему миру. Ну, за победу!
– За победу!
Чокнулись – опрокинули – подлечились.
– Поверь – ждать осталось недолго. Леннер уже крякнул, а значит империю ждет достойная победа. А если ей еще немного помочь – подтолкнуть в нужном русле, то без труда соберем все сливки и выйдем в полном шоколаде. Ну, хряпнем…
– Я только за, но сил на Свет почти не осталось. А с утра на занятия.
– Да плевать. Не мучай школяров, все равно сейчас каникулы.
– Что сейчас? – с удивлением произнес Зарубин, но я только отмахнулся.