– Я… я не знаю, – тряся губами, бормотала девушка. – Его ранили, там была кровь…
– Зачем вы пустили туда Филиппа? – негодовала Ноэль. – Что мы будем делать, если и его убьют?!
– Убьют? – глаза Кэрри снова наполнились слезами от этих слов.
Почувствовав дикую злость, Юнис подошла к Ноэль и, схватив ее за руку, увела подальше.
– Можешь держать себя в руках? – приказным тоном сказала она, встретившись с презрительным взглядом брюнетки. – У нее и так истерика, не видишь?
– Хочешь знать мое мнение? Мне плевать! – парировала Ноэль, но все-таки сбавила громкость. – Меня волнует только жизнь Филиппа, потому что без него нам всем конец!
– Да все с ним будет в порядке, это же Филипп Марчелл! – тщетно попытавшись улыбнуться, ответила Юнис. – Никуда он…
– Вернулся… – выдохнула Ноэль.
– Скорее! Подготовьте место в лазарете!
Юнис обернулась и увидела трех парней, выходящих из леса. Раджи и Филипп под руки тащили еле шагающего Септимия, из спины которого торчала вражеская стрела. Вся его правая штанина была пропитана свежей кровью, которая все еще текла из раны.
– Септимий! – Кэрри бросилась к нему, снова заливаясь слезами. Она не стала трогать раненого юношу, а лишь зашагала рядом, готовая подхватить его в любой момент.
– Он потерял много крови! Найдите Алена! – скомандовал Филипп.
– Вы кого-нибудь встретили? – трясясь от нетерпения, Юнис семенила за ними, готовая услышать любую правду.
– Нет, Септим сам прошагал полпути, – ответил Раджи. – За ним никто не гнался, и больше в лесу никого не было видно.
– Юнис, успокой всех остальных, расскажи про Пэйту, а потом приходи в темницу! – решительно бросил Филипп. – Асманд, Максвелл, раздайте всем оружие, установите посты по всему периметру, разложите заготовленные Йоханом ловушки! Юрий, сколько раций еще готово?
– Четыре, – ответил на ходу Юрий, держась рядом с лидером. – На подходе еще две.
– Отлично, раздай четыре готовые. Кому – ты знаешь., – Филипп поправил руку Септимия, которая соскальзывала с его плеча. – Держись, друг…
Через несколько бесконечно долгих минут, Юнис шагала к темнице. Только что она выполняла указание Филиппа – успокаивала всех в лагере, объясняя ситуацию, рассказывая про Пэйту и его видения. Оказалось, донести хоть что-то всполошенной толпе, охваченной паникой, весьма и весьма сложно. Абсолюты встретили новость о возможном нападении слишком бурно. Пришлось объяснять все детали, убеждать, что все под контролем, что скоро все разъяснится, однако все воспринимали информацию по-разному. Кто-то осуждал лидера за то, что тот ничего им не рассказал, кто-то грозился убить пленника, кто-то хотел бежать как можно скорее из лагеря, и абсолютно все галдели без умолку, обсуждая происходящее.
Формально выполнив свою задачу и вырвавшись из толпы, Юнис поспешила на собрание, куда ее позвали. В руках была рация, которую ей дал Юрий. Оказывается, Филипп давно готовился внести ее в список разведчиков. От этой мысли на фоне творящегося хаоса Юнис чувствовала себя немного лучше. Вера лидера в ее способности добавляла сил. Даже не признаваясь в этом напрямую, словами, он все-таки сказал ей об этом. И теперь впервые груз ответственности ощущался так остро, с силой надавливая на плечи.
Девушка не хотела, чтобы все обернулось сражением, но надежда ее угасала. Несмотря ни на что, она верила, что видения пленника правдивы, что отразить атаку малумов абсолютам вряд ли удастся, и при столкновении с врагом их всех ждет гибель. И Юнис предчувствовала, что сейчас она столкнется с тяжелым фактом – Пэйта либо раскроет свой коварный план, либо сокрушится, что абсолюты его не послушали, и теперь битва неизбежна.
– Вокруг все тихо.
Девушка подняла глаза и увидела Асманда и Филиппа, разговаривающих у входа в темницу. Со стороны лазарета к ним уже спешил Раджи, а за ним Эрик.
– Малумы больше не нападают. Возможно, это было предупреждение, – сохраняя непоколебимый вид, предположил Асманд. – Чужак может врать насчет большой армии, а его соплеменники лишь пугают нас, пытаясь прогнать с территории.
Филипп задумчиво отвел взгляд. Он явно не знал, во что верить и какой путь выбрать. И сейчас Юнис, насколько это было возможно, пыталась представить, что творится в его голове. Лучший друг ранен, абсолюты потрясены и напуганы, предсказания пленника начинают сбываться, подгоняя оставить пригретое место… Что бы он сейчас ни выбрал, это будет риском. Впереди все больше и больше сгущалась неизвестность.