– И потом всех нас, – отозвалась Рудо. – Филипп совсем рехнулся.
– Заткнитесь! – огрызнулась рыжеволосая девушка, обернувшись к двум недовольным девушкам. – Он спасет ее.
Ноэль только гордо отвела взгляд. Ее темнокожая протеже фыркнула, сложив руки на груди.
– Ты, наверное, тоже хочешь, чтобы дикарь тебя облапал? – ощерилась она.
– Да как ты…
– Ну-ну, детка, – Раджи вовремя поймал взлетевшую в воздух руку Юнис, вернул ее в прежнее положение, а потом развернул девушку и погладил по голове. – Волк не дергается, когда собаки лают.
Юнис округлила глаза, взглянув на юношу. Его слова эхом раздались внутри ее сознания. Говард говорил ей то же самое! Сердце забилось как сумасшедшее от теплых воспоминаний и колющей тоски.
– Поймал! – вдруг радостно воскликнул Пэйта, заставив всех стихнуть, наблюдая за его действиями.
Юноша зажал два пальца на ноге Ати чуть выше колена. Очевидно, он схватил жука под кожей, отрезав ему все пути к отступлению. Девушка замерла, закрыв глаза и молча проливая слезы. Ее грудь так высоко вздымалась при каждом вздохе, что, казалось, ее легкие вот-вот разорвутся. Йохан успокаивающе поглаживал Ати по волосам.
– Все хорошо, – приговаривал он. – Ты молодец…
– Мне нужно обеззараживающее средство, – спокойно произнес чужак, бросив взгляд на Алена, второго лекаря после Септимия.
Парень тут же достал из своей набедренной маленькой сумки флакон с прозрачной жидкостью и протянул Пэйте. Тот кивнул и, зубами отковырнув крышку, полил антисептиком место на коже девушки, которое зажал пальцами. Затем ловким движением руки достал из своих волос перо, промокнул его острый конец во флаконе и воткнул его в ногу Ати. Девушка пискнула, сжав челюсти. Это она могла стерпеть.
Пэйта продолжал свое дело. Он потянулся к ожерелью, которое висело на его шее, открутив, снял с него какой-то камушек, открыл его (оказалось, это миниатюрный флакон), капнул содержащуюся в нем жидкость в очин пера и разжал пальцы.
Все вокруг ахнули, видимо, решив, что чужак сошел с ума – отпустил жука снова ползать под кожей девушки, да еще, наверное, и отравил его! Но Пэйта тут же успокаивающе поднял руки вверх.
– Все нормально! – уверил он всех всполошившихся. – Жук должен разнести экстракт по всей коже, чтобы заразить остальных насекомых. Через несколько минут они уснут, и я извлеку их из тела.
Пэйта посмотрел на Филиппа, стоящего неподалеку с пистолетом в руке. Лидер абсолютов одобрительно кивнул. Юнис смотрела и не понимала происходящего. Совсем недавно Филипп порывался убить пленника, не верил ему и не признавал его дар, а теперь всецело доверяет ему жизнь Ати. В какой момент его мнение так кардинально изменилось? Или он настолько переживает за жизнь Септимия, что уже не может поступать иначе?
Вспомнив тот миг, когда Филипп без всяких раздумий бросился в лес, чтобы спасти друга, Юнис поняла, что ему не чужды человеческие чувства. Он тоже боялся остаться один. Он также, как и все, нуждался в своих друзьях, хоть и отчаянно старался не показывать этого.
И сейчас лидер стоял, приняв суровый вид, но Юнис представляла, как внутри него борются страх, тревога, сомнения… Если Ати не выживет, вся вина ляжет на его плечи. Принимать быстрые и важные решения слишком большая ответственность. Впервые Юнис задумалась, а хотел ли Филипп быть лидером или же принял решение остальных как должное? Может, покинув свой «дворец» некоронованный принц мечтал оставить всякие политические дела и стать обычным человеком?
– Вот так… – Пэйта вытащил уже второго жука из кожи Ати, положив его в баночку, подставленную Аленом, который с ужасом отворачивал лицо. С руки, ноги и живота девушки, где чужак делал маленькие отверстия, капала кровь, орошая землю. Жуки больше не бегали под ее кожей, и Ати уже спокойно лежала, восстанавливая дыхание и ожидая, когда все закончится.
Юнис шагнула в круг, присев рядом с чужаком. Ей совсем было не страшно находиться рядом с ним, говорить и смотреть в глаза. Она чувствовала, что Пэйта не сделает ничего плохого. И хотя многие зашептались, когда девушка заговорила с пленником, ей было все равно.
– Почему они стали вылупляться? Она заразилась позже Септимия, – Юнис терпеливо ждала ответа от юноши, наблюдая за его уверенными движениями.
– Лекарь сильнее – его защищает дар исцеления, – объяснил Пэйта. – Девушка слабее – жуки питаются ее страхом. Но теперь все в порядке, ей ничего не грозит.
– Мы можем перенести ее в палатку и продолжить там? – спросил Йохан, обратившись к чужаку.
– Теперь можем, – согласился тот, положив в банку еще одного жука. – Это последний.