Девушка внимательно смотрела на юношу, пытаясь прочитать его мысли. Ей было сложно представить, что он успел пережить, пока находился в плену и как сильно удивился, увидев ее здесь. О чем подумал в этот момент? Обрадовался или, напротив, разочаровался, надеясь встретить кого-то другого? Наверное, Юнис Филипп ожидал увидеть в последнюю очередь. Она и сама до последнего не верила, что именно ей удалось найти его. Конечно, девушка отчетливо помнила, что на верный путь ее вывел Ксандер. Среди творящегося той ночью урагана вряд ли Юнис смогла бы самостоятельно выйти к Ноэль. Ей помог призрак брата, но разве кто-то теперь поверит в это?
На несколько минут повисло молчание. Снаружи не было слышно ни малейшего звука. Не раздавались ни шаги, ни голоса, словно малумы про них забыли. Юнис пыталась сдержать свое сбивчивое дыхание, чтобы не выдать волнение, но нервы не выдерживали. Если они так и будут сидеть в тишине, она просто сойдет с ума. Однако Филипп вовремя нарушил молчание.
– Расскажи, как ты нашла меня, – попросил вдруг юноша, повернув к Юнис свое лицо.
После детального рассказа девушки о пути из бункера в поселение малумов, Филипп некоторое время сидел в задумчивости.
– То есть ты не видела, сколько их прячется за стеной? – с досадой спросил он, хотя ответ был очевиден.
Юнис сокрушенно замотала головой.
– Какая же я дура, – горько усмехнулась девушка. – Думала, что смогу спасти тебя в одиночку…
Филипп взглянул на нее. Из сжатых губ Юнис был готов вырваться отчаянный крик, но она держала его в себе. Юноша мог бы ее утешить и сказать, что все образуется, но это не так: она поступила легкомысленно, не дождавшись других абсолютов, и тем самым сократила шансы на выживание и собственные, и Филиппа. Пробыв в плену почти сутки, мучаясь от боли и дикой усталости, он уже смирился со своей участью, но Юнис явно не была готова умирать. Да и зная, что она рисковала собой, чтобы спасти его, Филипп теперь не мог оставить все как есть. Пусть сил в нем почти не осталось, тело ослабло, а разум заволакивает туманом, он постарается во что бы то ни стало помочь этой девушке выжить. Пусть и шансов у них почти нет…
– Филипп! – звонкий голос Юнис заставил юношу встрепенуться. – Не смей засыпать!
– Я не…
– Ага, уже почти отключился, – с укором сказала девушка, сев напротив Филиппа. – Будешь постоянно смотреть на меня и разговаривать, ясно?
Юноша кивнул в знак согласия. Он не заметил, как сон подобрался к нему, окутав мысли. Филипп знал, что ему ни в коем случае нельзя терять связь с реальностью.
Теперь перед его глазами совсем близко возникло лицо Юнис, и неожиданно ему вдруг вспомнился их поцелуй на ферме. Уголки губ невольно поползли вверх.
– Что такое? – девушка не понимающе сдвинула брови.
Филипп в ответ лишь сдержанно засмеялся. Совсем недавно они могли позволить себе расслабиться, выпить, пофлиртовать, а теперь пытаются просто не умереть. Какая все-таки жизнь забавная штука.
– Ясно, – выдохнула Юнис, покачав головой. – Это все от потери крови…
– Да, это точно, – улыбнулся Филипп, понимая, что выглядит сейчас настоящим болваном.
Девушка резкими движениями стала отрывать край своей майки, пока в ее руке не оказался неровный достаточно длинный лоскут темно-зеленой ткани.
– Надо заново перевязать твою рану, – Юнис потянулась к футболке парня, и он не стал сопротивляться. Разум подсказывал, что сейчас не стоит строить из себя героя. Филипп уже не чувствовал боли – сейчас он вовсе не чувствовал ничего, только усталость и желание спать.
– Слышала выражение "двадцать один грамм души"? – спросил вдруг юноша, пока девушка занималась его ранением. Он видел, как ее лицо искривляется от вида его увечий и запаха крови, и ему захотелось отвлечь ее какими-нибудь бессмысленными разговорами.
– Нет, – усмехнулась Юнис, вероятно, все еще думая, что Филипп бредит. – Кто его придумал?
– Дункан Макдугалл, – ответил юноша, глупо улыбнувшись. – Прочитал про него в какой-то старой книге. Это биолог, который пытался доказать существование души.
– Биолог? Звучит забавно. Ну, и каким же образом он это доказывал?
– Эксперимент заключался в том, что смертельно больных людей помещали на специальную кровать-весы, которые фиксировали массу тела при жизни, а затем в момент кончины… – Филипп задержал дыхание, когда Юнис, наконец, отодрала старую с запекшейся кровью повязку, кое-как сделанную ночью самим Филиппом. – Оказалось, что после смерти человек в считанные секунды в среднем теряет двадцать один грамм.