И поэтому сейчас Юрий начинал переживать. Макото не просыпался уже слишком долго…
– Давай, дружище, – сжав руки в кулаки, бормотал юноша в очках. – Не заставляй меня бить тревогу.
Пять минут.
– Боже, Макото! – шепотом воскликнул Юрий и принялся ходить по комнате из стороны в сторону.
Он понимал, что, если они опоздают на тренировку, их ждет выговор или наказание, но, если их найдут здесь и увидят, что Макото путешествует в астрале в неположенное время, это явно вызовет подозрения и…
– Юрий, я сейчас видел такое…
Обернувшись, Юрий увидел, что его друг, наконец, пришел в себя и смотрит сейчас в потолок стеклянным взглядом.
– Ты нашел Юнис?
Макото кивнул в ответ. Тогда его друг сел рядом с ним на кровать.
– Ну, и что ты увидел? Она жива?
– Да, но…
– Что «но»?
– Кажется, я не должен был этого видеть, – задумчиво отведя взгляд, парень свесил ноги с кровати. – Это странно.
– Рассказывай быстрее! – нервничал Юрий. – До тренировки несколько минут!
– Уже?! – спохватился Макото, а потом торопливо заговорил. – Я искал по всем этажам. Кажется, так далеко я еще не заходил!
– Ближе к сути!
– Да, точно. В общем, под землей я видел двери с надписью: «Эксперимент номер такой-то», куда я не смог проникнуть. Уж не знаю, из чего там стены, но таких дверей там было миллион! Отчаявшись, я спустился еще ниже на этаж и сразу наткнулся на комнату с приоткрытой дверью. Я вошел и увидел Юнис…
– Что она там делала?
– Лежала на кушетке под капельницей, и с ней был Говард.
– Чего?!
– Я тоже удивился! Кажется, она была в ярости. И знаешь, мне показалось, что на ее теле были свежие…
– Что с ней сделали? – нетерпеливо перебил Юрий.
– Я не знаю. Но Говард просил у нее прощения и еще…
– Что еще? Что?
– Он сказал, что это все неважно, потому что завтра она этого не вспомнит.
…Острые белоснежные клыки резкими движениями вонзались в окровавленную плоть и с треском отрывали его от туши. Белый снег под ней таял от теплых красных подтеков. Стояла тишина, и слышался только звук чавкающих пастей. Неужели они были так голодны, что решили съесть своего сородича, попавшего в капкан? Умер ли он от раны или от зубов своей же стаи?
Юнис стояла босиком на занесенной снегом земле и наблюдала, как несколько волков уничтожают своего собрата. Все ее внимание приковала разыгрывающаяся перед ней сцена. Ее даже не волновало, видят ли ее звери, примутся ли они за нее, когда закончат с трупом или же сытые отправятся восвояси… Юнис смотрела только на истерзанное бездыханное тело молодого волка, чью шерсть так тоскливо ворошил ветер.
– Тебе жаль его? – спросил незнакомый голос сзади, но девушка не стала оборачиваться.
– Жаль…
– А остальных?
– Не знаю…
– Они не стали бы есть его из-за голода.
– Тогда зачем они это делают?
– Потому что сюда придет человек…
У Юнис перехватило дыхание. Картина и ее герои были слишком сильными. Настолько, что с высоты человеческого роста понимание и принятие происходящего было недосягаемым. И теперь казалось, что в глазах волков застыли самые настоящие слезы.
– Теперь он снова свободен, – произнес голос.
Внезапно единственный черный волк в стае поднял голову и взглянул на девушку, словно узнал ее. Юнис глядела в эти глаза и думала лишь об одном – волк никогда не даст поймать себя…
Тело стало странно ломить от усталости. Откуда-то со стороны донеслись странные звуки, которых не должно быть здесь…
Открыв глаза, Юнис поняла, что это был всего лишь сон. Перед глазами все еще стояла увиденная сцена, однако она стала уходить на задний план, когда девушка стала осознавать, что находится не у себя в комнате. Ей потребовалось время, чтобы понять, что она лежит на кушетке в больничном крыле.
Словно телепатически узнав, что Юнис проснулась, в дверь тут же ворвался Льюис.
– Эй! Проснулась уже! – приветливо воскликнул он. – Ты проспала почти сутки!
– Что?! – ошпарило Юнис. – С чего бы?
– Ну, вчера ночью меня разбудили военные, принесли тебя, сказали, что нашли без сознания. Я осмотрел тебя и пришёл к выводу, что ты просто упала в обморок.
– Ничего не помню… – девушка села в постели и почесала затылок, который действительно ныл будто после удара.
– Не переживай, это нормально в твоем положении. Организм испытывает невероятный стресс, плюс ко всему ты постоянно нервничаешь…
Льюис странно улыбался, потирая руки, словно и сам о чем-то сейчас волновался.
– Я проспала день?