– Это нечестно, – обреченно сказал Август, наконец, подняв на девушку глаза, полные чувства безысходности. – Мы слишком молоды. Я еще ни разу не целовался!
– Ты прав, – не могла не согласиться Юнис, – это нечестно.
– Я им не верю, – серьезным тоном добавил парень. – И, если выживу, не собираюсь сюда возвращаться.
Сказав это, он поспешно поднялся на ноги и уверенно зашагал к выходу, будто в нем новой силой забила энергия, заставляя куда-то идти, что-то делать, только не сидеть на месте.
– Мы ведь друзья? – внезапно спросил толстяк, обернувшись на полпути. – Ты уж про поцелуй никому…
Глаза его вдруг показались Юнис такими детскими и невинными. Она кивнула в ответ. Август устало улыбнулся и зашагал снова.
Глядя вслед тучному парню, переваливающемуся с ноги на ногу, Юнис не без зазрения совести чувствовала себя не самым слабым звеном в команде абсолютов. Эта мысль была колкой и жгучей, но от нее было сложно избавиться, потому что она придавала сил, вселяла надежду. И в то же время девушка ощущала неподдельную нежность к Августу и предчувствовала, что они не раз еще вспомнят эту странную беседу.
Наступил вечер. Через час должно состояться заключительное собрание, на котором абсолютам предоставят их итоговый рейтинг, установку к дальнейшим действиям после попадания за стену и пожелают не умереть сразу. Так представляла Юнис себе это мероприятие. Подведение итогов их жизни в Кастрисе и, возможно, жизни вообще.
Юнис уже оделась в строгое синее платье, которое выдали каждой девушке, заплела волосы в косу сзади и села на свою кровать, наблюдая, как собираются соседки по комнате. Тревога нарастала с каждой минутой.
– Кажется, я набрала не самые высокие баллы, – переживала Ати, незаметно вытирая слезы с лица. Было ясно, что плачет она не поэтому.
– Дай я поправлю тебе волосы, – спокойно откликнулась Кэрри. Она усадила соседку на кровать и стала заботливо расчесывать непослушные русые пряди, позволяя их хозяйке незаметно избавиться от мокрых следов на щеках.
Юнис опустила взгляд на изрисованный альбом, который собиралась взять с собой за стену. Пальцы нервно теребили медальон, висевший на шее. Ей было необходимо зайти к Говарду, но что-то внутри останавливало, оттягивало момент встречи.
– Меня, наверное, определят на кухню, – шмыгнув носом, уже спокойнее произнесла Ати, пока Кэрри заплетала ее волосы в косу. – А Йохана – в инженеры, он в этом разбирается. А тебя в разведчики, Кэрри. Ты ведь можешь видеть сквозь предметы…
– Я не буду против любой работы, – смиренно улыбнулась девушка.
Пальцы Юнис уже крепко ухватились за подол платья.
– Да, я тоже, – кивнула другая. – Я тоже.
Ждать стало просто невыносимо. Неосознанно Юнис все-таки вскочила с места и в следующее мгновение уже стояла перед дверью в кабинет наставника. Резко отворив дверь, девушка вломилась внутрь с острым желанием выяснить правду обо всем, что ее волновало, но уже в следующее мгновение была готова оставить все вопросы снаружи кабинета.
Говард стоял посреди комнаты, пытаясь застегнуть пуговицы на запястьях серой старомодной строгой рубашки, которая сидела на нем как влитая. На воротнике висел еще не затянутый темно-синий галстук. Говард даже не забыл причесаться и уложить волосы, а еще вдобавок ко всему по комнате разносился терпкий аромат мужского одеколона с нотками древесины и розмарина. Одним словом, впечатление создавалось сильное. Юнис так и застыла, наблюдая за каким-то незнакомцем, таким не похожим на ее наставника.
– Ну, и чего стоишь в дверях? – послышался голос Говарда. – Помоги старику галстук завязать.
Юнис очнулась. Он просит ее о помощи? Девушка подошла к элегантному мужчине напротив и протянула руки, чтобы по памяти, как раньше она это делала для отца или брата, затянуть галстук на крепкой щетинистой шее. Вблизи, однако, от него все так же пахло алкоголем.
– Давно я их не носил, – хрипло произнес Говард. – И последний раз не припомнить.
Закончив свое дело, Юнис отошла в сторону, не решаясь произнести то, что застыло на языке. Вид такого нарядного и серьезного наставника сбивал ее с толку, не позволяя поверить в то, что он мог причинить ей вред. Она хотела видеть в нем своего защитника, потому что больше никто не мог занять эту роль.
– Ты слишком спокойна для этого вечера, – заметил Говард, протягивая руку к заветному ящику своего стола. – Поэтому выпить не предлагаю.
Он достал бутылку и плеснул жидкость в стакан.
– Но по глазам вижу, что тебя что-то волнует, – произнес мужчина, серьезным взглядом окинув стоящую у книжной полки девушку. Она делала вид, что рассматривает корешки книг.