– Получилось! – радостно выдохнул парень, подходя ближе к убитому зверю.
Бок кабанихи был прострелен ружьем, но у нее еще оставались силы, чтобы бежать. Вероятно, где-то в лесу у нее есть дети. Об этом Раджи подумал только сейчас, встретившись с этим удрученным взглядом Юнис. Однако назад пути не было, и мясо этого животного принесет немало пользы для многих людей, спасет их от голода.
– Теперь Филипп не будет в тебе сомневаться, – попытался юноша подбодрить девушку, которая почему-то поникла после удачной охоты.
– Да, – с неубедительной радостью улыбнулась Юнис. Что-то ее все еще беспокоило.
Но внутреннее ликование в юноше было гораздо сильнее каких-то переживаний насчет настроения Юнис. Они добыли еду! Абсолюты будут накормлены! Выживание уже не кажется таким немыслимым испытанием. В эту минуту ему теперь все казалось по плечу, боль в ноге прошла – Раджи скинул со спины рюкзак и ружье и, тяжело кряхтя, взвалил тушу на свой хребет и дал знак Юнис, что пора возвращаться. Девушка кивнула и, взяв его вещи, зашагала впереди.
Филипп сидел у своей палатки, пересчитывая все оружие и патроны, которые у них остались. Охота не увенчалась успехом. Все группы охотников, отправлявшихся за добычей, вернулись в лагерь ни с чем. Бывалый позитивный настрой абсолютов скатывался к нулю. Стоило ли говорить о том, как они были обессилены, питаясь одной растительностью уже немало времени? К тому же целый день сегодня был потрачен впустую – они не продвинулись к своей цели, не нашли еду, устали, потеряли надежду.
Плюс ко всему Юнис вдруг куда-то ушла, никого не предупредив, а Раджи так и не вернулся с охоты, хотя условие было вернуться после полудня. Солнце уже начинало садиться, а его все не было, и эта рыжая девчонка не возвращалась. За нее он переживал меньше, но все же отсутствие хоть кого-то из лагеря заставляло лидера нервничать. Поэтому он так усердно делал вид, что занят, чтобы никто не мог подумать, что его нервы уже на пределе. Имитации хладнокровия Филипп научился еще в детстве – когда какие-нибудь хитрые чиновники пытались выудить из глупого мальчишки секреты его отца, он старался не выдавать своих эмоций и не поддаваться на провокации, оставаясь спокойным при любых обстоятельствах. Даже если внутри тебе страшно. Если кто-то увидит хоть тень сомнения в твоих глазах – считай, все пошло прахом.
Было решено, если они не вернутся к ночи – уходить. Оставаться и ждать было рискованно. Возможно, рядом малумы, и, кто знает, может именно они схватили Юнис и Раджи, а значит, скоро придут за остальными или будут вылавливать их по одному. В любом случае в таком изнеможенном состоянии абсолютам врагов не одолеть. Филипп принял тяжелое решение и должен был ему следовать. Лидер не должен колебаться. Но, может стоило самому отправиться в лес и поискать пропавших?
Однако тревога внутри не угасала. Филипп вновь и вновь сбивался со счета, перебирая пули, то и дело невольно поглядывая в сторону леса – вдруг кто-то выйдет оттуда. Но никого не было. А время шло, непреодолимо двигаясь к закату. Может, стоило самому отправиться в лес и поискать пропавших?
– Филипп! – юношу окликнул Юрий, который стремительно приближался к его палатке. – Нужно поговорить.
– В чем дело? – сохраняя непоколебимый вид, спросил юноша, дождавшись, когда собеседник поравняется с ним.
– Я думаю, мы не можем сидеть сложа руки, – Юрий нервно поправил очки на носу. – Нужно отправиться на поиски. Может… может кто-то из них ранен или…
– Мы никуда не пойдем, – отрезал Филипп, принявшись складывать все снаряжение в свой чемоданчик.
– Вот так просто оставим их?
Филипп ничего не ответил, продолжая заниматься своим делом.
– Значит, тебе плевать на них?
– Закрой рот, – сохраняя спокойствие, процедил Филипп.
– Не знаю, что там у тебя на уме, но я так просто не брошу своих друзей. Есть те, кто готов идти в лес на поиски…
– Это слишком рискованно.
– Рискованно?! – Юрий схватил Филиппа за плечо, повернув к себе лицом. Еще никогда в нем не было столько отваги и уверенности в себе. – Значит, нужно просто бежать? Вот такая у тебя позиция? Так поступают Марчеллы, да?!
Истерика Юрия была прервана крепким ударом, пришедшимся по его лицу, от которого парень пошатнулся, упав не землю. Он приложил палец к рассеченной губе, из которой струйкой побежала кровь. Над ним нависла грозная фигура тяжело дышавшего Филиппа, которого разрывало от злости. Но как только его губы шевельнулись, чтобы отбить у Юрия всякое желание провоцировать его, неподалеку раздался звонкий голос Августа.