— Прошу прощения, господин, если моя просьба задела ваши чувства. Мне искренне жаль, что я отвлекла вас от вашего маршрута. — на шаг назад отступив от орущего мужчины, произносит девушка, наклоняя голову.
— Я подам на вас в суд за то, что из-за вас опоздаю на работу! — обещает мужчина и, видимо вспомнив, куда шёл, с очень недовольным видом направляется прочь от палатки.
Девушка молча провожает его взглядом, пока он не скрывается в толпе людей, тоже спешащих на службу.
— Тонсен, каждый, через одного, против тебя. — произносит в маску СунОк (а это она). — Сколько же времени потребуется, чтобы собрать триста тысяч подписей под прошением? Хватит ли на это денег у ЧжуВона?
(Три часа спустя на том же месте. СунОк, сняв маску и отойдя в сторону, разговаривает по телефону)
— ЁнЭ! — громко восклицает она. — За три часа получено всего шестнадцать подписей! Это чуть больше пяти в час. А по плану, за это время нужно собирать двадцать пять! Сейчас уже начался рабочий день и людей возле метро стало совсем немного. Получается, — мы снова не выполним план, как и вчера. Может, что-то делаем не так? Как дела у других? Сколько они собрали подписей?
(СунОк, прижав телефон к уху, вслушивается в то, что говорит ей собеседница)
— Значит, тоже не выполнили. — дослушав, итожит она. — ЁнЭ, звони господину ЧжуВону. Ему нужно об этом знать. Если подписей в день будет собрано в три раза меньше запланированного, то на это понадобится три месяца, вместо одного. Понимаешь?
(СунОк снова слушает, что ей говорят, затем возражает)
— Нет, я не хочу это делать. Он всегда звонит в такое время, когда у меня не получается сразу ответить. Мы находимся с ним в «разных жизненных фазах». Помнишь, как Чо БоА сказала в дораме «Мужчина моего дома»? Вот вроде такого.
…
— Нет, ЁнЭ! Не могу я ему звонить! Ну как ты не понимаешь, — мы люди разного круга! … Ну и что что ты — тоже? Ты ведь наёмный работник и обязана информировать своего работодателя о проблемах. А я — волонтёр! … Большая разница! Ты можешь попросить у него деньги на продолжение финансирования проекта, а я — нет! … Потому, что это будет выглядеть совсем иначе, вот почему! … Отлично, ЁнЭ! Ты настоящий профессионал, который со всеми может договориться. После позвонишь мне, расскажешь его реакцию. Окей? … Спасибо, ЁнЭ! Жду твоего звонка!
Убрав телефон в карман куртки, СунОк глубоко вздыхает.
— До чего же непросто добиться, чтобы люди делали нужное тебе! — возмущённо восклицает она и добавляет. — Тонсен, я просто не знаю, что сделаю, когда доберусь до тебя! Скоро позор совсем накроет меня с головой!
Время действия: пятнадцатое января
Место действия: исправительное учреждение «Анян»
Делаю вид, что медитирую. Сижу в позе лотоса на полу камеры. В принципе, можно было не выделываться и отсиживать зад, просто вытянув ноги и привалившись спиной к стене. Но тогда не будет «вау-эффекта» для охраны. А так, наблюдают за мной и видят, — ЮнМи не бездельничает, прану набирает. Ещё полгода в одиночке, — и, считай, святой человек из неё получится, сама собою светиться будет. Разве можно такую в тюрьме держать? На волю, только на волю! Чтоб мы её больше не видели…
Короче говоря, развлекаюсь как могу, ибо других способов занять себя в данный момент не нахожу. Про книги, которые можно написать, — уже сто раз в голове прокрутил. Там всё ясно до кристальной прозрачности. Произведения хоть с какой-то привязкой к историческим событиям — «фф-топку»! В здешнем мире многое было по-другому, или вообще — не было, а выяснять различия и заниматься адаптацией, — слишком долго. Учитывая мои ограничения по доступу к информации, за пять лет одну книгу как раз и напишешь. Мне же нужно — три-четыре в год, а первую, — в самое ближайшее время. Поэтому, увы и ах, но «Три мушкетёра» не пляшут и отправляются на полку вместе с «Собором парижской Богоматери» и прочими романами, написанными а-ля «по следам имевших место быть событий». Жанры, в которых можно «передирать» чужую интеллектуальную собственность, без опасения быть взятым за задницу, — предпочтительно фантастика и фэнтези. Да и премия «Хьюго» как бы уже изначально ограничивает сектор моего «творчества». Все бы очень удивились, если «фантазёр» вдруг взял и «залимонил» псевдоисторические «Унесённые ветром» про то, чего в местной Америке отродясь не бывало. Сразу бы стало ясно, что с девочкой либо совсем плохо, либо она пользуется источником информации «внеземного происхождения». А в дурке электричеством лечат… И в застенках NIS наверняка им же пользуются. Способ, проверенный временем, за десятилетия применения доказавший свою высокую эффективность. Короче, — ну её нафиг, эту историю! Мы и на «фантазиях» хорошо прокормимся. В принципе, лично мне кажется, — у авторов-фантастов всё то же самое, что и у тех, кто пишет о прошлом. В центре любого повествования находится человек. А уж в каких декорациях он решает свои проблемы — вопрос вторичный. Если подумать, то выбор жанра «fantasy» для творчества, — даже более предпочтителен. Во-первых, — в нём дофига поджанров, от космоса до гоблинов. А во-вторых, — там не нужно предварительно выяснять, какую фигню использовали вместо туалетной бумаги в тринадцатом веке и какую крылатую фразу произнесла Анна Австрийская в тот момент, когда её любовника-мавра выкинули из окна Тадж-Махала на пики давно поджидающих стрельцов Ивана Грозного. Пиши себе, да и всё! Не заморачиваясь…