— Тсс! — Я схватила его за руку. — Не вспоминай, пожалуйста. Не относись ко мне, как к девушке.
— Это сложно.
— Не сложнее, чем моим друзьям. А они как-то справляются.
— Хорошо, я постараюсь. Но ты не ответила… не ответил.
— Родственных уз между мной и императором нет, — сказала я. — Есть другие. Они связаны с тем, что я — первая в мире девушка с даром эспера. Император считает меня своей собственностью. И он хочет, чтобы я вышла замуж за его внебрачного сына. Он тоже эспер.
Если Леонид не дурак, он поймет намек. А если сделает вид, что не понял, то это игра. Понять бы еще, кто в ней главный мастер…
— И при чем тут я⁈
Я молчала. Большего я все равно сказать не могу. Если Леонид — бастард императора, то о том, что я — урожденная Морозова, он узнает. Но не от меня.
— Ты думаешь, что я… твой жених⁈ — воскликнул Леонид.
— Не знаю, — честно призналась я. — Но тут, как бы… все сходится. Мне не назвали имя. Странно, что ты ничего не знаешь.
— Да почему я⁈ — Он определенно не был с этим согласен. — Ну да, мой отец давно умер, но я на него похож. Я видел фотографии.
— Возможно, я ошибаюсь. — Я не стала спорить. — А ты знаешь, кто твой куратор?
— Сергей Львович?
— Он служит императору. Мой куратор — курсант. Мишкин — какой-нибудь младший сотрудник Кавказского отделения.
— Это косвенные улики, — уперся Леонид.
— Говорю же, могу ошибаться, — вздохнула я. — Других объяснений тому, что я должен проводить с тобой время, у меня нет. Можешь спросить у Сергея Львовича…
— Да когда бы? — усмехнулся он. — Если завтра рано утром мы выезжаем.
— Когда вернешься. Мы ненадолго.
— Зачем едете?
— Я еду, а ребята со мной. В Москве мои опекуны похоронены. Навестить хочу.
А вот в Калужскую губернию хорошо бы отправиться без Леонида. Но об этом я подумаю после.
Выстрел прозвучал неожиданно. Я не прислушивалась к общему фону, зная, что рядом Сава и Матвей. Да и не ожидала я нападения! Мы же находились на территории академии.
Но Леонид встал, и в то же мгновение раздался выстрел. Негромкий, но вполне слышимый в вечерней тишине. Леонид схватился за плечо, медленно оседая.
— Ложись! — рявкнули рядом.
Кажется, это Матвей заставил… нет, запихнул нас с Леонидом под скамью. Он же бросился в ту сторону, откуда стреляли. А Сава, недолго думая, потащил нас куда-то через Испод.
Глава 18
Местность практически не изменилась. Моей силы вполне хватало, чтобы видеть четкое отражение, без размытия и искажения пространства. Но то, что мы в Исподе, я поняла сразу.
Сава громко и емко выругался, не стесняясь моего присутствия. Леонид почти потерял сознание, поэтому навряд ли понимал, что происходит. А я впервые в жизни столкнулась с обитателями изнанки мира, можно сказать, лицом к лицу. Если не считать Карамельки, разумеется.
От живчиков веяло могильным холодом. Или мне так только казалось. Они не живые мертвецы, это я помнила, но выглядели они, как мертвые: одеревеневшие бледные лица, пустые провалы глазниц, отвисшие нижние челюсти. А вот двигались они свободно, будто живые. Медленно подкрадывались, словно оценивали добычу.
Позади них толпились тени и духи. Духи отличались от теней тем, что были похожи на людей. Тени словно сотканы из тумана и тьмы, у них лишь очертания человека — голова, туловище, руки и ноги. Духи — отражения спящих или тех, кто в коме, на грани жизни и смерти. Трехмерные и цветные.
— Какого… — вырвалось у меня.
— Кровь, — бросил Сава через плечо. — Я был уверен, что проскочим!
Мы не могли ни вернуться, ни идти дальше, свернув пространство. Эсперы учатся сражаться с живчиками и тенями не только для того, чтобы избежать смерти в Исподе. Если местные обитатели рядом, они могут пройти вслед за эспером в мир людей. И поэтому эспер либо сражается и побеждает, либо остается в Исподе навсегда. Сбежать нельзя.
В руке Савы сверкнула сталь клинка. Я узнала катану. С громким мявом на моем плече материализовалась Карамелька.
— Живчики мои, — сказал Сава. — На тебе тени. Духов убивать нельзя.
Карамелька топорщила крылья и злобно шипела.
— Отвлеки их, — сказала я, склоняясь над Леонидом.
Пуля попала в плечо и прошла навылет. Трех плетений хватит, благо я таскала с собой заготовки. Примерно так же, как Сава — катану, в подпространстве. Антисептик. Кровеостанавливающее. Активирующее регенерацию тканей. И немного силы, чтобы активировать плетения и привести Леонида в сознание.
Сава бился с живчиками, не подпуская их ко мне и Леониду. Когда я выпрямилась, голова одного из живчиков отделилась от туловища и, упав на землю, рассыпалась на осколки. Крови, к слову, не пролилось ни капли.