— Кажется, сейчас мы узнаем, почему никто не подошел к телефону, — сказала я Матвею.
Карамелька вела себя спокойно: не мяукала, никуда не звала. Значит, ничего страшного не случилось. Я подошла к окну, чтобы прочитать записку.
В ней Сава сообщал, что нагрянули гости: его невеста в сопровождении Миши. И называл место, где Леня будет ждать меня с вещами Ярика, потому что невеста не должна видеть Яру. А еще он просил не обижаться и обещал все объяснить.
— Бойкая девушка, — хмыкнул Матвей, прочтя, в свою очередь, послание Савы.
— Ты ее знаешь? — мрачно поинтересовалась я. — Он вас уже познакомил?
— Не он, — ответил Матвей. — Я встречал ее по поручению Александра Ивановича.
— Красивая?
— Яра… — Он откровенно развеселился после моего вопроса. — Она обычная. Ты красивее.
— Ты смеешься, потому что я ревную?
— Нет. Вопрос такой… предсказуемый, что ли. Почему-то девушки, в первую очередь, интересуются красотой соперницы. Будто это самое главное.
— Ты прав, в этом нет никакого смысла, — вздохнула я. — У наших с Савой отношений не просто нет будущего. У нас и отношений-то нет. — И вдруг пожаловалась Матвею, как лучшей подружке: — Он не захотел со мной спать, представляешь? Неужели слухи врут, и он вовсе…
Матвей закашлялся, прерывая мою внезапную откровенность.
— Прости, — выдавила я. — Пойдем?
— Яра, я не Сава, но на его месте я бы тоже не стал, — сказал Матвей.
— Почему?
— Потому что так не поступают, когда любят по-настоящему, — пробурчал он.
И заспешил к лифту.
Из него как раз вышла пожилая женщина с сумкой-тележкой.
— Девочка, ты зачем котика взяла? — строго спросила она, уставившись на меня немигающим взглядом. — Это котик Марьи Ивановны, с третьего этажа.
— Прошу прощения, но это моя кошка, — ответила я.
Карамелька, в подтверждение моих слов, мяукнула и забралась ко мне на плечо. Мол, моя хозяйка, не знаю никаких Марь Ивановн.
— Да что ты такое говоришь! — рассердилась женщина. — Ты не из нашего дома, я тут всех знаю. А кто ходит по гостям с кошкой⁈ Кстати, вы зачем сюда пришли? Кошек воровать?
— Мы к Жидкову Тимофею Геннадьевичу, — вмешался Матвей. — А кошка наша. Можете зайти к вашей соседке, уверен, ее кошка дома. Яра, ты идешь?
Я ловко обогнула слегка растерявшуюся женщину и заскочила в лифт. Матвей тут же нажал кнопку нужного этажа.
— Куда? — всполошилась женщина. — Я вас не отпускала!
К счастью, двери лифта закрылись быстрее, чем она успела до них добежать.
— Ненормальная, — высказала я свое отношение к женщине.
— Обычная, — возразил Матвей. — Это ты, Яра, среди простых людей не жила. Они и такими бывают. Скорее всего, кошки похожи, и женщина вступилась за соседку.
— Ты-то откуда знаешь, как простые люди живут? — обиделась я.
Зря, к слову, обиделась. В мире, о котором у меня сохранились воспоминания, такие тетеньки тоже встречались.
— Ты обо мне многого не знаешь, — улыбнулся Матвей. — Если захочешь, потом расскажу. Выходи, приехали.
Карамельку я отправила домой. Только после этого Матвей нажал кнопку звонка. И дверь нам открыли почти сразу.
— Яра! — воскликнул худощавый мужчина в очках. — Яромила Михайлова. Ты повзрослела, но почти не изменилась. Мы встречались в доме Николая Петровича. Но ты меня, скорее всего, не помнишь.
— Откровенно говоря, нет, — призналась я. — Я не присматривалась к гостям, простите.
— Ничего, я и был то у вас всего пару раз, — отмахнулся мужчина. — А это?..
Он взглянул на Матвея. Я представила его, как своего друга.
— Тимофей Геннадьевич, — назвался мужчина. — Ой, что это мы на пороге! Проходите.
Тимофею Геннадьевичу на вид было около сорока лет. По его словам, он занимался наукой. А застать его дома легко, потому что он «страшный домосед», материалы для исследований собирают его помощники, а он обрабатывает, анализирует, пишет статьи.
Он рассказывал это, ловко расставляя на столе чашки и вазочки с печеньем и конфетами. Чай он не предлагал. Скорее, не предполагал отказа. Я слушала эмоциональный фон и не ощущала ничего подозрительного. Обычная реакция человека, который долго ждал встречи и, наконец, радуется, что она состоялась.
— Сегодня вторник? Жаль. По средам Верочка приносит пирог с капустой. Я угостил бы вас пирогом. Да вы угощайтесь, не стесняйтесь. Чай хороший, настоящий китайский. Мне коллега прислал.
Из вежливости мы с Матвеем и чаю испили, и по конфете сгрызли. И только после этого я спросила:
— Так зачем вы хотели меня увидеть?