— Вы можете рассказать, почему он не стал моим куратором? — наконец выдала Яра.
И Александр Иванович довольно улыбнулся.
— За это Матвея благодари, — ответил он. — Это он… нашу встречу организовал. Вот это точно случайность. С кураторством же как… кто первый встал, того и тапки. Полагаю, о твоем даре Сергею Львовичу Морозов-старший поведал. Потому тебя из семьи изъяли заранее. Только вот спрятать полагали надежно, а не в тот детдом, где ты оказалась.
— Но что-то пошло не так, — язвительно вставил Савелий.
Александр Иванович смерил его сочувствующим взглядом.
— Сергей Львович планировал проверить твои способности позже. И так уж вышло, что я его опередил, — продолжил он. — Между нами вышел небольшой спор…
Савелий примерно представлял масштаб этого «небольшого» спора. Даже странно, что Александр Иванович победил.
— Ты сама вышла на Разумовского, поэтому скажу, как есть. Сергей Львович считает, что твое предназначение — это положить начало новому роду эсперов. Я же пытаюсь доказать, что твой дар в сочетании с силой должны работать на благо империи.
— Судя по тому, что мне жениха назначили, ваш спор еще не разрешен, — с обидой произнесла Яра.
— Сильный эспер сам определяет свою судьбу.
Савелий встрепенулся. Это подсказка?
— Это все, дети мои. — Александр Иванович поднялся из-за стола. — Подушки и одеяла я в гостиной оставлю, поделите сами диван и кресло, оно разбирается. Я иду спать.
— Так, может, мы в общагу вернемся? — предложил Савелий.
— Ты сегодня сколько переходов совершил? Вот именно. Достаточно. Переночуете здесь.
— Спасибо, Александр Иванович, — сказала Яра. — Я все уберу.
Он кивнул и вышел, а Савелий поспешно проглотил последний кусок голубца.
— Чай будешь? — спросила Яра.
— Не откажусь.
Она поставила чайник, убрала со стола, помыла посуду, заварила чай. И все это — в тишине. Савелий чувствовал, что она ждет его рассказа, но решиться не мог.
— Сава, ты так ничего и не скажешь? — спросила Яра, поставив перед ним чашку с чаем.
Он отрицательно качнул головой.
То, что Яра испытала, и обидой назвать было нельзя. Горькое разочарование. Черная пустота, будто кто из чернильницы плеснул.
— Да ничего страшного! С отцом поссорился, — выпалил Савелий.
Стало только хуже. Яра почувствовала ложь, и разочарование усилилось. Внешне она держалась безукоризненно. Вежливо улыбнулась. Вазочку с конфетами ближе к Савелию пододвинула.
— Ты не должен мне ничего объяснять. Пей чай, я постелю тебе на диване.
Минута. Две. Три.
Савелий не выдержал, пошел следом. Обнял Яру со спины, прижал к себе.
— Я ушел из дома. Сказал отцу, что не женюсь на Асе, и он меня выгнал. А я ушел. Совсем. Я теперь без роду и без племени. Без денег и без связей. Ты примешь меня таким?
— Как только избавлюсь от бастарда императора, — прошептала Яра в ответ. — Но, Сава…
Он быстро развернул ее лицом к себе и поцеловал. Никаких «но». Их столько, что язык устанет перечислять. Сейчас и без них несладко.
Поцелуй прервал возмущенный писк. И острые коготки, впившиеся в ногу сквозь ткань брюк.
— Карамелька! — возмущенно произнесла Яра.
— Мяу! — с вызовом ответила ей химера.
Со спинки дивана на них взирал хмурый Саня.
Глава 37
Невозможный мужчина!
Когда я была готова ему отдаться, проигнорировал. А когда в соседней комнате не кто-нибудь, а Александр Иванович, поцеловал. И спасибо Карамельке, что вмешалась. Хотя и досаду на бдительных химер я испытала сильную. Александр Иванович не вышел бы из спальни. Он прекрасно понимал, что оставляет наедине двух влюбленных.
Я чувствовала, что Сава не хочет говорить о разрыве с семьей, и не поднимала эту тему. Было обидно, когда он вновь закрылся. И это после разговоров о настоящей дружбе! Но теперь я его понимала. На его месте и я не горела бы желанием обсуждать такое.
И что теперь будет?
Сава не пропадет, это точно. Даже если отец от него отречется, останется аристократом, ведь эсперам жалуют дворянство. И содержание ему определят хорошее. Но я вспоминала наши разговоры о долге перед родом, о семье. Даже я теперь не одиночка, у меня есть братья. А каково Саве? Он сам, добровольно, стал изгоем. Наверняка, он считает себя предателем.
А ведь я еще не сделала свой выбор. Малодушно считала, что Сава никогда на мне не женится, поэтому нет смысла портить отношения с императором. Думала о выгоде, что мне может принести брак с его бастардом.
И что теперь⁈ Я даже имени своего жениха не знаю!
Сава почувствовал мое смятение. Я сидела на диване, а он устроился рядом, положив голову мне на колени. Держал меня за руку, поглаживал пальцы. И вдруг сказал: