Джек склоняет голову набок.
– Вам следовало просто выспаться самому, вместо того чтобы красть сны у других, – говорит он прямо.
Песочный человек неловко сглатывает слюну, поводит плечами.
– Сонный песок на меня не действует. И никакие обычные средства тоже не действуют. Но ты... – Он снова смотрит на меня, пронзает облачной белизной глаз. – Ты смогла усыпить меня. – Он произносит эти слова с чувством; но чувство это не гнев, а нечто иное – благодарность. – Я даже не думал никогда, что сам могу видеть сны. А теперь мне просто... – Он расправляет плечи. – Мне лучше, чем когда-либо! В голове такая ясность. Неужели все себя так чувствуют после сна? – Его взгляд перескакивает на родителей и затем обратно на меня.
– Ну, иногда, – осторожно отвечаю я, по-прежнему несколько недоверчиво. Вдруг это очередная уловка, вроде моих чучел, и старик вот-вот кинется на Джека со своим песком, запасы которого наверняка у него ещё полны.
Но уголки его рта ползут вниз, взгляд упирается в землю.
– Надеюсь, вы сможете меня простить за то, что я крал ваши сны. – Он подаётся вперёд и протягивает руку Джеку. – Ну что, не держите зла?
Но Джек не берёт его руки.
– Вам нужно извиниться перед Салли, – повелительно говорит он. – Ей пришлось пройти через все города-праздники и даже побывать в мире людей, чтобы найти способ остановить вас.
Песочный человек снова переводит взгляд на меня; впереди длинными нитями ниспадает его борода, а в чертах лица читается небывалая мягкость. Это не тот Песочный человек, который охотился за мной, который разрывал чучела кукол на части, который, скорее всего, проделал бы то же самое со мной, будь у него возможность.
– Нижайше прошу прощения, – произносит он, голос низок и полон раскаяния. – Я благодарю тебя за то, что помогла мне уснуть. Собственные сновидения принесли мне гораздо больше удовлетворения, чем краденые.
Над моим плечом рычит невесомый Зеро: ему по-прежнему не нравится, что Песочный человек так близко. Но по лицам родителей я вижу, что это уже не тот монстр, которого они помнят. Не тот, кого пришлось изгнать из города Грёз в леса. Вопреки ожиданиям, теперь у него совсем не злобный вид, скорее безобидный – просто хрупкий старец с белой бородой, струйками песка из карманов и мечтательным взглядом.
Может, он и не был никаким монстром, а ему просто надо было выспаться? Как капризный ребёнок, который объелся лимонных леденцов и слишком долго не хотел укладываться в кровать.
– Вам больше нельзя красть чужие сны, – заявляю я Песочному человеку. – Иначе нам придётся пойти на более жёсткие меры, чем просто изгнать вас из города.
Старик кивает, из карманов и с кончиков его пальцев всё так же сыпется песок.
– Тогда прошу тебя, поделись со мной рецептом своего сонного зелья, чтобы я мог время от времени отдыхать и видеть собственные сны. Договорились?
Лицо его мягко и полно грёз, в нём больше нет ни дикости, ни своеволия, какие всего час- другой назад безобразили его.
– Договорились.
Но когда я протягиваю руку, Песочный человек не жмёт её, а притягивает меня в крепкие объятия.
Глава 15
На следующий день Джек вызвал доктора Финкельштейна в городскую ратушу, где злодей сознался перед всеми – даже перед моими родителями, – что выкрал меня из родного дома в городе Грёз.
– Поймите, я был тогда в отчаянном положении. – Губы его дрожат, мелкие глазки нервно моргают. – Много лет назад, ещё в молодости, я пошёл в лес. – В каждом слове
слышится визгливая истерическая нотка. – Тогда у меня в обсерватории была книга про другие миры, и мне попалось сочетание «сонный песок». Я... – голос срывается, после паузы Финкельштейн продолжает: – Мне просто очень хотелось привезти немного такого песка домой, чтобы поизучать, поэкспериментировать, разобраться в составе. Но когда я оказался в городе Грёз, мне попалась на глаза Салли – живая тряпичная кукла. Я никогда раньше не видел такого. К тому моменту я уже много раз пытался создать себе дочь, сотворить жизнь с помощью нити и иголки, но все мои эксперименты оборачивались неудачей. – Он трясёт головой, по вискам струится пот. – Я решил забрать Салли, а всем объявить, что сам её создал, и тем упрочить свою репутацию гениального учёного... Чтобы меня наконец-то стали уважать за мои изобретения!