Лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас
— Я уезжаю домой! — холодно сообщаю отступая. — Доброй ночи.
Он ведь не специально задержал меня здесь, так?
— Интересная реакция, — насмешливо раздаётся вслед.
Босс стремительно догоняет, внезапно толкая меня к стене, от чего я чувствую волну неотвратимо поднимающейся внутри паники.
— Позвольте пройти.
— После того, как ответишь.
— Отойдите от меня! — Отбиваюсь, пытаясь выбраться из мужских рук, что словно тиски сковали моё тело.
— Ты — девочка? — спрашивает в лоб директор, впивается в меня пытливым взглядом.
На моем бледном лице отражается смесь испуга и стыда.
— Охренеть… — мужчина медленно расплывается в довольной улыбке, затем сокращает дистанцию, властно сграбастав меня в охапку. — Тебе конец, Савина, — в его голосе сквозит холод. — Я теперь тебя никому не отдам.
Ладони босса скользят вниз, больно обхватывая мягкую плоть ягодиц. Вскрикиваю, острыми локтями давлю в стальной живот начальника. Мужчина полностью игнорирует сопротивление, смазанным движением впивается в мой рот твёрдыми губами.
— Отпустите! — с ужасом понимаю, ЧТО упирается в живот. Большой горячий бугор давит, требует сдаться, подчиниться.
— Хочу тебя, — хрипло шепчет Марк и один страстный поцелуй следует за другим. — Уступи… Кира…
— Отпустите меня! — жалобно хнычу, продолжая борьбу.
В тишине дома слышны мои частые отчаянные всхлипы и низкие хриплые полу стоны мужчины.
— Ты сводишь меня с ума…
Ловкие пальцы перемещаются под футболку и, прокравшись ближе к голой коже, стискивают неприкрытую лифчиком грудь.
— Ай! Больно! — Сжимаюсь от наглых ладоней. — Прекратите!
Луплю по огромному телу босса, начиная задыхаться от бессилия. Кричать бесполезно. Мы одни в доме. Нет никаких подручных средств, острых предметов, которые можно было бы использовать для самообороны. У меня ничего нет, даже голоса. Мужчина забирает моё дыхание. Новый поцелуй оглушает, болезненный до головокружения, он высасывает последние силы.
Резкий бросок и я с криком взлетаю вверх. По инерции хвастаюсь за крепкую шею начальника, чтобы не упасть, но тут же смещаю ладони вниз, упираясь в каменные плечи, когда Марк вклинивается между моих бёдер и надавив на поясницу, прижимает меня к своей оттопыренной ширине.
— Остановитесь…
Прервав поцелуй, босс кусает мою беззащитную шею, вызывая болезненный крик.
Перед глазами яркими кадрами проносится кинолента.
Вот Ризван так же целует меня в шею, впивается в сосок, переворачивает меня на живот, затем ложится всей своей громадной массой сверху, пытаясь подавить сильнее, упирается горячим твёрдым членом в попу, ведёт им между ягодиц, тяжело дышит.
У меня не может быть таких фантазий! Нет! Только не с ним…
Кадры замедляются и я успеваю выцепить новые подробности.
Мой бежевый лифчик, который ношу под розовую блузку. Вот собственно и сама блуза лужицей лежит рядом, как и оторванная от неё пуговица. Клочья колготок страшной паутиной расположились на спинке кровати.
ЧТО же произошло вчера?
Вцепившись в жёсткую шевелюру директора, тяну за его озабоченную голову.
— В тот вечер, когда я потеряла сознание… До этого вы… О, Господи! — Не выдерживая эмоционального накала, срываюсь в истерику: — Вы трогали меня!
Марк останавливается, тяжело дыша. Не отрицает. Не чувствует себя виноватым. Не желает прекратить.
— Как вы могли? Как вы оказались способны на такой поступок? — с мрачным укором наблюдаю за тем, как босс леденеет, сразу сообразив о чем идёт речь. — Зачем вы сделали это со мной?! — Шокировано произношу, тут же ударяя по его гигантским плечам. — Зачем?!
— Прости… — протяжно выдыхает мужчина.
— Прости? — дрожащим шёпотом повторяю за ним. — Вы изнасиловали меня? — уточняю финал вчерашней ночи, страшась услышать утвердительный ответ.
— Я виноват. Позволил себе лишнее. Но я тебя не трахал. — На лбу мужчины пролегла хмурая складка, делая его лицо ещё более хмурым, сосредоточенным. — Проникновения не было. В противном случае сегодня я бы ничего у тебя не спрашивал.
Это он на мою девственность намекает? Подумать только… Какая жестокость… Совершить такой отвратительный поступок, скрыть его, а потом сидеть за одним столом и врать.
— Я так сильно вас ненавижу, — всхлипываю, толкаясь в его литую грудь. — Вы не человек.
Мощное тело босса начинает бить крупная дрожь. Он отступает, позволив наконец оттолкнуть себя.