Опять его глупые шутки.
— Что ты, как маленькая, в самом деле? — снисходительным тоном обращается ко мне босс.
— Марк Григорьевич, мне очень страшно! — призываю прекратить всё это, но директор не хочет ничего слышать, упрямо тянет меня за собой наверх.
— Столько времени было потрачено, чтобы выкурить тебя из офиса, Савина, — ворчливо замечает он.
Вспоминаю странные задания от руководства, незапланированную ночную командировку, поздние выездные отчёты. Не иначе как чудом, мне удавалось избежать неожиданностей, прямо защита высших сил. И эта самая защита себя исчерпала.
Какая же я глупая! Надо было раньше догадаться… У босса вечерние обострения и в самый пик шизов ему попалась я.
Внезапно тело охватывает жар. Резкое головокружение заставляет схватиться за гладкие перила лестницы.
— Мне плохо… — произношу шёпотом, уставившись в одну точку.
Прохладные ладони мужчины тут же мягко опускаются на лицо, обхватывая его с неподдельной нежностью. Босс смотрит в мои глаза, пытаясь что — то в них разглядеть.
— Жарко… — сиплю, сглатывая тугой ком в горле.
Совершив один шаг, понимаю, что координация движений нарушена. Ризван не даёт мне упасть, одним броском поднимая на руки непослушное тело. Контакт с горячей кожей директора вызывает крупную дрожь.
— М — можно… — хочу попросить отпустить, но заплетающийся язык не слушается.
— Сейчас, моя маленькая, — отвечает босс, успевая осыпать нежную кожу лица быстрыми жалящими поцелуями.
Тяжело опускаю веки и тут же проваливаюсь в темноту, теряя последние силы.
С жадностью облизываю пересохшие губы, когда на них попадает несколько капель прохладной влаги. Приходя в себя, тянусь за желанным источником и, стукнувшись зубами о край стеклянного стакана, цежу живительную силу воды. Медленно открываю глаза, борясь с туманом в голове.
Лучше бы осталась в небытие…
Весь ужас моего беспомощного положения накатывает в момент, когда понимаю, что надо мной возвышается мужчина крайне возбужденного состояния и этот самый мужчина является генеральным директором Медфарма, а значит моим непосредственным начальником.
Рельефные по-мужски красивые плечи расправляются, когда босс торопливо стянув с себя футболку, берётся за ремень брюк.
— Не надо… Нет… — речитативом повторяю, с ужасом осознавая, что руки и ноги не слушаются.
С этого ракурса директор полностью закрывает собой тусклый свет комнаты, напоминая захватчика безжалостного и решительного.
Как будто со стороны наблюдаю, как Ризван стянув с меня короткий шерстяной жилет с v-образным глубоким вырезом, берётся за пуговицы на шелковой блузке.
"Этого не может быть, потому что этого быть не может!" — в десятый раз повторяю про себя, но факт остаётся фактом: я лежу на огромной постели распластанная и беспомощная, а мужчина, который ещё сегодня днём вёл себя холодно, методично избавляет меня от одежды.
Строгий руководитель, которого я считала трудоголиком, уважала за беспристрастное отношение ко всем сотрудникам, не может быть насильником. Не может ведь, так?
Человек не выбирает кого любить, но может выбрать от кого отказаться на век
— Не трогайте меня! — прошу босса, не позволяя себя раздеть, но как бы не крутилась в этих жадных руках, хныча, прося, отталкивая — всё бесполезно.
В результате неравной борьбы на мне остается бюстгальтер — бандо телесного цвета и бежевые колготки с низкой талией, которые не скрывают простые хлопковые трусики от жалящего взгляда маньяка — начальника.
— Сопротивляться, кусаться, лить слезы нельзя, — спокойным тоном предупреждает он. — Получать удовольствие, стонать можно и нужно.
Отворачиваюсь в сторону, не в состоянии выдержать тяжёлый взгляд потемневших глаз.
— Я этого не хочу.
Беззащитное горло обхватывает стальная ладонь, держит крепко, пока не причиняя боли, только фиксируя.
— Заткнись! — несдержанно приказывает босс в то время, как его рука проворно справляется с крючком классического бандо.
Предпринимаю неудачную попытку сбросить массивное тело с себя. Упираюсь в широкие плечи мужчины, изо всех сил впиваясь в его кожу короткими ногтями.
На правильном лице Марка Григорьевича расцветает плотоядная ухмылка. Момент и он срывает с меня белье. Боковым зрением подмечаю, как лифчик летит на пол. В защитном жесте тут же прикрываю грудь.
— Убери руки! — зло командует генеральный директор Медфарма, играя желваками.
Отрицательно качаю головой. Тогда Ризван с силой разводит в стороны мои окоченевшие кисти и вжимает их в матрас.