– Да он и следователю то же говорит, только доказать ничего не может, – усмехнулась Кира. – Всю ночь просидел в полном одиночестве в офисе, вел по Интернету переговоры с польскими партнерами… Переписывался до утра и считает, что это алиби! А он был на линии или кто другой – доказать невозможно! Веб-камеры подключены не были, они друг друга не видели.
– Бред какой-то, – пробормотала женщина, нервно расхаживая по кухне. Руслан сидел так тихо, что она на миг забыла о его присутствии и очень удивилась, вдруг на– ткнувшись на ссутуленную фигуру, оккупировавшую табурет. – Зачем ему было издеваться над телом профессора?! Он не стал бы тебя подставлять, пойми!
– А наследство? – ядовито спросила девушка.
– Думаешь, он решил наследовать твое имущество?! Но, Кира, разве он мог просчитать, что ты начнешь резать вены в следственном изоляторе!
– Если он мог меня обворовывать, то мог строить и другие планы! – зло ответила та. – Нечего его защищать!
– Да у него в мыслях ничего такого не было! – неожиданно вмешался Руслан.
Услышав его голос, Елена оторопела и недоверчиво взглянула на мужа. Ей показалось, что она неверно расслышала, но тот с глубокой убежденностью повторил:
– Я в людях разбираюсь, да и он в пьяном виде не врал! Ничего он против вас, барышня, не замышлял!
– Не знаю, – отрывисто произнесла Кира. У нее вытянулось лицо, она явно была раздосадована внезапным заступничеством. – Пусть следствие разбирается. Уж за воровство он точно ответит!
– Про воровство ничего не знаю. – Руслан вопросительно взглянул на жену, та ответила отрицательным жестом, давая понять, что не хочет вдаваться в подробности при Кире. – Он говорил только про убийство и про то, что у него дочь арестовали…
– Удивительно, что это его волновало! – бросила девушка, отходя к окну и доставая сигарету. Открыв форточку, она закурила.
Руслан тоже машинально достал из нагрудного кармана рубашки помятую пачку:
– Волновало, конечно… Он же как-никак вам отцом приходится. Он мне говорил, что не знает, как наладить с вами отношения, да и я ему тоже… говорил что-то такое. – Руслан красноречиво взглянул на жену. – Ну, и про убийство тоже была речь. Он не верил, что вы виноваты, считал, что вас каким-то боком в это замешали…
– Вот лицемер! – выпалила Кира. – Нет, мне его не жалко! Пусть сперва докажет свое алиби на ту ночь! Говорю вам, это он выкрал все, что оставалось в маминой шкатулке, и надругался над телом отца, чтобы подставить меня!
– А у твоей тетки есть алиби на ту ночь? – Елена подошла к девушке, вынула у нее из пальцев окурок и выбросила его в форточку. – В другой раз, когда захочешь курить, выйди на лестницу. Я уже отвыкла от дыма.
Руслан тоже поторопился затушить сигарету. У него был вид побитой собаки, которая, сознавая свою вину, напрасно ластится к хозяину, пытаясь угадать его настроение. В другое время Елена простила бы мужа уже потому, что до такой степени самоуничижения тот еще не доходил. Сейчас он ее только раздражал.
– Тетя была в больнице, – отмахнулась Кира. – Это следователь уже выяснил, ее алиби на ту ночь доказано. Но самое главное – Михаил знал про дверь между квартирами!
– Как это выяснилось? – ахнула Елена. – Неужели он сам сказал?
– Представьте, да! – торжествующе подтвердила Кира. – Я только начала рассказывать следователю про то, как мы вычислили эту дверь, а он мне и выложил все, как есть – и про шкаф, и про ремонт, и про уменьшенную спальню! Оказалось, Михаил все досконально описал, когда на него стали жать и спрашивать, как похищались драгоценности! Он – хитрый лис, и хотя у него был ключ, через подъезд мимо консьержки не ходил, чтобы после та его не вспомнила, если шум поднимется! Михаил проникал в мою квартиру через отцовскую, проходил через два шкафа – мамин и мой… Шкафы граничили по задней стенке, а дверь отпиралась только с одной стороны – там, где мы с вами нашли замочную скважину. Если не знать про дверь, найти ее с моей стороны невозможно, разве что выстукивать стену… Так он похитил все драгоценности. И знаете, что сказал следователю этот негодяй? Что он надеялся выкупить их обратно, когда поправятся дела! А квитанции-то давно просрочены, ломбарды имели полное право все распродать!
– Что это за история? – Руслан ошеломленно переводил взгляд с жены на гостью. – Так он вор?!
– Вор и игрок, – бросила Елена. Она чувствовала страшную усталость, резкий голос Киры больно сек ее напряженные нервы. – Что тут обсуждать? Попался…
– Да, попался! – радостно поддакнула девушка. – Еще неизвестно, какие у него долги, скорее всего, он и пошел на авантюру из-за них! Что ему дочь? Кого ему жалко? Игрок – это же все равно что наркоман!