Гаппо присел на корточки, погладил щенков.
— Погляди, — сказал он брату. — Эти два в мать, а третий — серого цвета…
— Красивые собаки вырастут, — ответил Сослал.
Налюбовавшись щенятами, мальчики побежали завтракать. Отец уже сидел за столом, мать возилась с самоваром.
— Одного надо оставить, — сказал отец.
— Хватит с нас и Корноухой, — возразила мать. — Зачем возиться с новым щенком?
Сослан слушал родительский разговор и ничего не понимал. О чем они говорят? Что намереваются сделать со щенками?
— Ну, что ж, тогда всех трех утопим, — спокойно сказал отец. — Пусть ребята отнесут их на Терек.
— Не надо выбрасывать их, нана! — заплакал Сослан. — Если бы ты видела, какие они красивые!
Гаппо поддержал брата.
— Зачем выбрасывать? Вырастут, хорошие сторожа будут! — рассудительно сказал он.
А Сослан уже мечтал о том, как щенки вырастут и он станет играть с ними, бегать наперегонки. И вдруг отец говорит, что их надо бросить в Терек! Мальчик представил, как бурные волны подхватят щенят и умчат, то взбрасывая на поверхность, то вновь погружая в воду.
Крупные слезы текли по его щекам.
— Отец, мама, — жалобно просил он. — Не надо их топить, они такие хорошенькие…
Но родители, видно, уже решили этот вопрос и старались отделаться шутками от сыновьих уговоров.
Кончив завтрак, отец строго обратился к Гаппо:
— Положишь щенят в маленькую корзинку, отнесешь на берег и бросишь в реку!
— А как же Корноухая? — спросил Гаппо. — Она к ним никого не подпускает.
Мальчику хотелось любым способом спасти щенят.
Но Госама все предусмотрела.
— Корноухая двое суток ничего не ела, — сказала она. — Сейчас я покормлю ее, а вы пока берите щенков — и на реку, быстро!
Гаппо понял, что родителей не переспоришь. А Сослан не хотел смиряться. Он никак не мог взять в толк, за что хотят убить ни в чем не повинных щенят. Губы его кривились, глаза были полны слез.
— Мама, ну разве вам не жалко? Ну за что вы их? Пожалейте, они такие хорошенькие… — плача, твердил он.
Но Госама лишь улыбнулась и молча занялась приготовлением еды для Корноухой. Она кликнула собаку, и та, голодная, послушно пошла на голос хозяйки. В коридоре ее ждала миска, полная костей и корок. Корноухая легла на живот и стала жадно есть.
А в это время Гаппо быстро положил щенят в корзинку и выбежал на улицу. Сослан бежал следом.
Корноухая ела быстро и жадно, тревога за щенков заставляла ее торопиться. Наконец она не выдержала и, держа в зубах большую кость, побежала в сарай.
Там было пусто. Она остановилась в недоумении, беспокойно принюхиваясь. Кость выпала у нее изо рта. Вдруг она метнулась, выбежала во двор и, вскочив на забор, подвывая, поворачивала морду то направо, то налево. Потом так же резко спрыгнула и, продолжая принюхиваться, очутилась на улице.
Когда мальчики подошли к Тереку, Корноухая уже поджидала их. Увидев в корзине щенков, она радостно кинулась к мальчикам, — ну, конечно, щенята в надежных руках, ведь Сослан и Гаппо друзья, они не могут обидеть ее детенышей. Она визжала от радости, виляла хвостом, лизала мальчикам руки…
Но что это? Гаппо поднял корзину, и правой рукой одного за другим швырнул щенков в быстрые пенистые волны, на самую середину реки! Может, это игра? Корноухая с отчаянным воем кинулась в Терек. Она плыла, быстро перебирая лапами, озираясь, и наконец увидела одного из щенков. Корноухая бросилась вслед за ним. Как спешила она, — течение вот-вот унесет его! Наконец ей удалось поймать щенка.
Весь дрожа, стоял Сослан возле самой воды, слезы горячими струйками бежали по его щекам и падали на серую гальку.
Гаппо подсмеивался над братом:
— Плачь, плачь, они, верно, уже до нижнего моста доплыли…
Вдруг возле мальчиков, виляя хвостом, возникла Корноухая, в зубах у нее слабо попискивал щенок.
Корноухая так привыкла к мальчикам, так любила их, так доверяла, — ведь они целые дни проводили вместе, играли. Разве могут Гаппо и Сослан сделать ей что-нибудь плохое… Конечно, когда Гаппо бросил в воду щенков, это тоже была игра, — разве не так же бегала она в поле за палкой. И все-таки, зачем он так? Одного щенка она нашла, а где другие?
Корноухая положила щенка возле себя на землю и стала вылизывать его. Подошел Сослан и, присев на корточки, погладил его. Корноухая доверчиво помахала хвостом.
А Гаппо помнил наказ родителей утопить щенят и боялся ослушаться. Он тоже наклонился над щенком. Увидев заплаканное лицо Сослана, встретив доверчивый и преданный взгляд Корноухой, он на мгновенье поколебался, жалость сжала его сердце. Но что мог он поделать? Схватив щенка, Гаппо снова швырнул его в реку. И снова Корноухая бросилась за ним. Она металась в воде, плыла то в одну сторону, то в другую, выла…