В противоположном углу виднелись остатки кресла: отброшенное взрывной волной, оно, видимо, сначала откатилось на роликах к стене, а потом уже расплющилось об нее.
Роясь среди обломков, Кэл зацепил ногой небольшой кусочек проволоки — такой же, какую он видел у Фарго. Преступник не дал себе труда позаботиться, чтобы в ловушку угодила именно намеченная жертва: любой, кто вошел бы в кабинет, был обречен. И судьбе было угодно, чтобы этим несчастным оказался Том Хорват.
Гнев неудержимо нарастал, Кэл почувствовал неприятное жжение в животе.
Вернулись уборщики за новой порцией мусора. Кэл вышел, но когда они удалились, вновь возобновил поиски. Внезапно Винсент сообщил ему, что его вызывают.
— Подожди-ка минутку. — Кэл отыскал пустой кабинет и, зайдя туда, закрыл за собой дверь. В кресло садиться он не стал.
Звонила Мишель.
— Ты был прав, — с ходу объявила она.
— В чем прав? По-моему, в последнее время я только и делаю, что ошибаюсь.
— Насчет Доминго. Я пробралась тут в один архив и выяснила, что «Ангел» Габриэль Доминго четырнадцать лет назад был завербован полицией. Здорово?
— Выходит, это не кличка, а имя?
— Не знаю. В то время вокруг было столько Смитов да Габриелей, что просто деваться некуда. Но это именно он; я нашла его школьную фотографию. Так что теперь можно почти наверняка утверждать, что он был тайным полицейским агентом.
— Спасибо, Мишель. Ты…
— Опять звонят, — перебил Винсент.
Это была Никки.
— Я у Дороти, — сказала она. — Мне удалось уговорить ее принять успокоительное, так что мы можем поговорить пару минут. Я не собиралась расспрашивать ее о тебе, но тем не менее…
— И что?
— Да, в общем, ничего особенного. Она сказала, что Том очень беспокоился за тебя. Похоже, ты попросил его держаться подальше от твоего кабинета, но почему, не объяснил. Можно его понять, он был заинтригован. И еще ты просил никому об этом не рассказывать.
— Больше она ничего на знает?
— Ничего. Говорит, Том и так и эдак старался тебя разговорить, но не смог. В конце-концов он решил, что ты знаешь, что делаешь, просто пока обстоятельства не позволяют тебе рассказывать.
— Надеюсь, я выясню все прежде, чем умру.
— Что? — встревоженно переспросила Никки.
— Нет, ничего; я просто хотел сказать, что вскоре все станет ясно.
Никки помолчала немного, очевидно, обдумывая что-то.
— Я надеялась, ты стремишься быть откровеннее, — сказала она наконец.
— Извини. Просто я сейчас очень встревожен. Как по-твоему, Дороти справится?
— Полагаю, да. Я попрошу в клинике кого-нибудь присматривать за ней.
— Ты молодец. Не представляю, что бы я делал на твоем месте.
— Мне просто повезло — она не слышала выпуск новостей, а я примчалась раньше, чем полиция.
Кэл попрощался с ней и вышел в коридор; уборщики продолжали носить мусор. Он хотел было направиться прямо к Галентайну, но затем решил, что осторожность не помешает, и отправился к первоначально оговоренному ресторану — к счастью, от него до Галентайна было рукой подать.
Через несколько минут он уже стоял перед закрытой дверью.
— Ты ведешь видеозапись, Винсент? — спросил он.
— Как приказано.
— Тогда звони Крантцу.
Кэлу повезло — на этот раз его звонок застал Лероя в шаттле, на полпути к Дедалу.
— Слушай, я пришел сюда, а тут ремонт, — сказал Кэл. — Давай у Галентайна, идет?
— Давай. А где это?
— Да здесь же, рядом.
— Ладно, найду.
— Ну как, есть что-нибудь? — спросил Кэл у Винсента, когда экран погас.
— Вы имеете в виду дефекты изображения?
— Да.
— Есть, но не совсем в нужном месте.
Кэл поспешил к Галентайну и занял одну из свободных кабинок.
— Ну, теперь давай посмотрим какой-нибудь кадр, — попросил он Винсента. На экране тут же появилась застывшая физиономия Крантца с открытым ртом.
— Я выделил дефектную область красным и увеличиваю ее, — сказал Винсент.
Кэл взглянул на выделенный участок в нижней половине экрана; на фотографии он располагался вверху. Картинка росла, и наконец Кэл отчетливо не увидел три черных пятна.
— Точно такие же, только в другом месте… — задумчиво протянул Кэл; внезапно его осенило. — Ну конечно, это Лерой! Рука была опущена, поэтому все наоборот. Ну-ка переверни фотографию вверх ногами и сравни их теперь, — попросил он Винсента и затаил дыхание.
— Совпадение полное, — через мгновение доложил Винсент.
Глава 15. ОПУСТОШЕНИЕ
— Значит, за всем этим стоял Лерой, — подвел итог Кэл.
— По крайней мере фотографию сделал действительно он, — согласился Винсент. — Вот вам и ниточка.
Кэл подозвал официанта и сделал заказ.
— Не ниточка, а целый канат, — возразил он. — Ведь я нашел ее у Эдмунда — надеюсь, ты еще не забыл об этом?
— Нет, не забыл, — спокойно сказал Винсент. — Но я не забываю и о законах. Сам факт, что фотография, сделанная Лероем, была обнаружена у Эдмунда, еще не говорит о том, что Лерой действительно виновен.
— А ты, я смотрю, куда осторожнее, чем твой брат по разуму, который пепельницы изобличил. Но, даже если Лерой все-таки виновен, мотивы его, по-прежнему неясны. Это только в романах преступники сами их объясняют, а нам, боюсь, придется повозиться.