И оказалось, что не показалось. Потому что когда в раму толкнулась голова крылатого и очень зубатого монстра, оно открылось на всю ширь.
Вика изумленно уставилась на вытянутую крокодилью морду, не сразу сообразив, где и когда ее уже видела. Потом с еще большим изумлением спросила:
— Куропоедатель?
Монстр что-то загадочное тихо крякнул, вцепился лапами в раму и начал пропихивать себя в окно, практически закутавшись в крылья.
Вика аккуратно положила книгу на тумбочку, подтянула плед повыше и стала с интересом ждать, что случится раньше — протиснется монстр или вырвется из проема окно. Как ни странно, окно оказалось закреплено хорошо, может даже было рассчитано на подобных монстров.
— Ну, и? — спросила Вика, когда куропоедатель всем телом шлепнулся на пол, заставив дом ощутимо дрогнуть, и попытался уместиться на свободном пространстве.
Монстр щелкнул челюстью, только чудом не сомкнув ее на стуле. Задергал крыльями, выпутываясь из них, вытянул шею и перетек в мужчину. Заросшего черной бородой мужчину. Одетого в лохматую шапку, шубу из какого-то белого зверя и стеганые штаны.
— Обалдеть, — сказала Вика.
— Да, — хрипло и как-то неуверенно подтвердил мужчина. — А он говорил, не дотяну.
И стащил с головы шапку.
Потом задергался буквально сдирая с себя сначала шубу, а следом за ней свитер и зачем-то странно серую рубашку, совсем с этим мужчиной не сочетавшуюся. Впрочем, борода до сих пор с ним тоже не сочеталась, а тут взял и отрастил.
Следом за рубашкой мужчина стянул стеганые штаны и оставшись в подштанниках неуверенно произнес:
— Жарко.
Потом шагнул вперед и рухнул, к его счастью, не носом в пол, а аккурат этим носом в постель. А потом так и остался валяться, со свисающими с кровати ногами.
— Здравствуй, елка, новый год, — пробормотала Вика.
Покосилась на книгу, словно именно она должна была убедить ее в реальности происходящего. Потом на открытое окно. Потом на шубу.
— Жарко ему, — проворчала и потыкала пальцем в плечо. Красивое такое плечо, мускулистое, в меру смуглое. Немного подумала, вспомнила одного сыскаря, на которого неудачи посыпались и задумчиво произнесла: — И у кого же тут хватит умения и силы навесить на постороннюю женщину подобную ерунду, а?
Отвечать на этот вопрос никто не стал. А частично свисавшее с кровати тело всхрапнуло, а потом довольно громко засопело.
— Вот мечтаешь где-то глубоко в душе о шикарном мужике в собственной постели, а потом мечты берут и сбываются, самым неожиданным способом, — пожаловалась Вика вселенной.