Сальваторе молчал, его взгляд был скользящим, но сосредоточенным. Он был умён, и, несмотря на напряжённость момента, видел в Анне не только жертву обстоятельств, но и женщину, которая пережила смерть и использовала её как ступень для восхождения. Но что-то в её словах было пугающе правдоподобным. Он не мог понять, как она это делает, но видел в её глазах отчётливую тень, которая всё держала под контролем.
— Я не успела почувствовать боль. — Анна устало закрыла глаза, как будто ей нужно было освободить себя от того, что она только что сказала. — Он оставил мне лишь свою тень. И эта тень стала моей.
Сальваторе слегка прищурился. Он не знал, что чувствовать. Далеко не каждое слово Анны было прощением. Но она не искала сочувствия. Она говорила, как если бы это было просто частью её судьбы, частью её новой реальности, в которой не было места для сожалений.
Когда она посмотрела на него, её взгляд был пустым, будто она говорила не о своём прошлом, а о чём-то, что больше не имеет значения.
— Зачем вы рассказали мне это? — его вопрос прозвучал тихо, но с интересом.
Анна медленно подошла к нему, её движения были плавными, но сдержанными. Она посмотрела в его глаза, и её лицо почти не изменилось, несмотря на то, что её голос был полон тайны и силы.
— Чтобы вы поняли, — её слова были чёткими и внезапными. — Вы можете выбрать. Или вы пойдёте со мной, вернувшись к прошлой жизни… Или умрёте, как и все, кто когда-то был частью этой деревни. Без счастья. Без свободы.
Сальваторе почувствовал, как его сердце замерло. Он всё понял, и не только потому, что Анна стояла перед ним. Она стала королевой не только из-за своей силы, но и из-за того, что смело приняла свою тёмную сторону. Она предлагала ему то же самое. Вопрос был в другом.
— Какое условие? — его голос был низким, но напряжённым.
Анна приподняла бровь, её взгляд стал более хищным.
— Вам придётся стать таким, как я. Бессмертным, с прекрасной кожей… — её рука скользнула к его ране, и Сальваторе ощутил жжение. Боль не была резкой, но она пришла. Он почувствовал, как она проникла в него, как если бы не рана, а сама суть этой женщины пробудила его тело.
— Но кровожадным, — добавила она с лёгкой усмешкой, будто любая цена, которую она ставила, была неизбежной.
Сальваторе молчал. Было что-то в её словах, что заставляло его сомневаться, но он знал: каждый выбор будет иметь свою цену. Его жизнь, его смерть — всё это стояло на грани, и в этот момент, он знал: эта женщина контролирует его судьбу.
— Вы уже были таким? — её взгляд был проницательным, как будто она всё прочитала.
Он вздохнул, понимая, что не может скрыть свою мысль. Да, он был таким.
— Умеете читать мысли? — его вопрос был почти насмешливым, но в глубине глаз была искра интереса.
— Слегка, — она ухмыльнулась. — Но давайте не будем усложнять, Сальваторе. — её тон был игривым, но напряжение в воздухе становилось всё сильнее. — Итак, господин Сальваторе, — она сделала шаг вперёд, её глаза были полны скрытого ожидания. — Что же вы решите?
— Я согласен, — произнёс Сальваторе, не колеблясь, его голос был решительным, словно он давно знал, что этот момент наступит.
Анна не выглядела удивлённой, как будто всё происходящее было частью заранее прописанного сценария. Она почувствовала, как его согласие наполнило пространство, добавив в него чего-то тяжёлого и неизбежного.
— Не делайте этого, — прошептала Елена, её голос дрожал от ужаса, но Анна лишь сжала руку, и в этот момент что-то внутри девушки как будто лопнуло. В её голове вспыхнула молния, мгновенно охватившая её сознание.
Крики боли не было — только холодная пустота, и в этой пустоте, как в гробовой тишине, раздался глухой, тяжёлый звук падения. Труп, который раньше был живым существом, теперь просто лежал на полу. Его лицо застыло в неестественном выражении, его тело уже не дышало, не чувствовало, не существовало.
Сальваторе стоял в тени, его взгляд скользнул по трупу, но не выдал ни малейшего сожаления, только сухое, почти безразличное изучение. Он встретился глазами с Анной. Не было ни страха, ни жалости в её взгляде — лишь твердое, спокойное осознание того, что всё было сделано правильно, что шаг был неизбежен. Он был частью чего-то большего.
Елена, будто и не слышала ничего вокруг, стояла, заткнув уши, её тело будто окаменело, но Анна не обращала на неё внимания.
— Идите за нами, господин Сальваторе, — проговорила она, её голос был нежен, но при этом сдерживал в себе силу, способную разорвать любое сопротивление. Она сделала шаг в сторону, словно приглашая его пройти в новый мир, мир, где всё будет иначе, и где они станут теми, кем, возможно, никогда не могли бы быть.