— Какую книгу читаете? — он попытался начать разговор, не зная, насколько она будет открыта для общения.
Эдит слегка отклонилась назад, подбирая слова. Легким движением она показала название книги.
— Это древняя баллада, — произнесла она, её голос был мягким и размеренным. — О любви, предательстве и тех, кто решается на самые тёмные поступки. Вы не увлекаетесь такими историями?
Сальваторе задумался, его взгляд немного потускнел от воспоминаний.
— В своё время я читал немало таких книг, — ответил он, его голос слегка утратил свою живость. — Они, как и сама жизнь, полны непредсказуемых поворотов. Но всё-таки... мне больше нравятся те, что не дают простых ответов. Те, где героям не простят их ошибки. Как в жизни.
Эдит приподняла бровь, её взгляд стал более живым, заинтересованным.
— Да, многие боятся ошибаться, — сказала она, — но именно ошибки делают нас такими, какие мы есть. Только через них мы находим ответы. Так и герои в книгах, всегда нужно идти через боль, чтобы достичь чего-то настоящего.
Сальваторе немного напрягся, ощущая, как каждое слово Эдит проникает глубже в его сознание.
— А как вы, — начал он осторожно, — считаете, есть ли у людей шанс изменить себя? Или всё же, как в книгах, мы обречены повторять одни и те же ошибки?
Эдит помолчала, её взгляд стал более сосредоточенным, почти философским.
— Люди могут изменить себя, — сказала она, — но лишь если они осознают, что их жизнь — это не просто ряд случайных событий. Всё, что мы делаем, связано между собой. Но кто решит взглянуть вглубь себя, тот, возможно, и сможет найти путь.
Сальваторе почувствовал, как этот разговор начинает его затягивать. Он решился на следующий шаг.
— И вы, Эдит, верите в это? — спросил он, его голос был мягким, но в нём была искренность.
Она кивнула, но её глаза вдруг стали ещё более глубоки, будто она заглядывала в его душу.
— Я не знаю, что верю, — ответила она, — но точно могу сказать одно. В этом замке мы все что-то скрываем. Вопрос в том, кто готов это признать.
Сальваторе почувствовал, как в его груди нарастает тревога. Он продолжил смотреть на Эдит, стараясь понять, что она имела в виду.
— И вы, Эдит, что скрываете? — его голос звучал напряжённо, но он не мог удержаться.
Эдит вдруг замолчала, её лицо стало более задумчивым, но в её глазах появилась тень.
— Я скрываю многое, — прошептала она. — Но вы же не хотите этого знать.
Сальваторе не мог не чувствовать, что она действительно скрывает что-то важное. Он продолжал смотреть на неё, пытаясь понять, что она имеет в виду. Он не мог отделаться от ощущения, что эта девушка скрывает гораздо больше, чем он мог бы вообразить.
— Вы много размышляете, — заметил он, пытаясь разрядить атмосферу. — Но не все ответы в книгах. Человек должен сам пройти свой путь, чтобы понять, кто он есть.
Эдит, кажется, услышала его мысли, но её лицо оставалось спокойным и невозмутимым. Она снова вернулась к своей книге, но Сальваторе почувствовал, как её внимание вновь переключилось на него.
— Может быть, — тихо произнесла она, — но все мы несем в себе ответы. Иногда мы просто не хотим их слышать.
Сальваторе почувствовал, как тьма вокруг их разговора становится плотнее. С каждым её словом ему становилось всё сложнее понять её. Он продолжил разговор, но теперь было ощущение, что его слова не способны внести ясность в эту непроглядную темноту.
— Но в книгах есть ответы, — сказал он, — и они могут быть подлинными. Даже если не все их понимают.
Эдит закрыла книгу, её взгляд стал ещё более сосредоточенным, почти тяжёлым.
— Да, ответы скрыты, — произнесла она, — но только если знаешь, где искать. А вы, господин Сальваторе, явно ищете что-то... новое.
Сальваторе замолчал, слегка приподняв бровь, ощущая, что её слова скрывают больше, чем она хочет показать. Она сказала это так, как если бы уже знала, что именно он ищет, но и не раскрывала это до конца.
— Не понимаю, — сказал он с лёгким недоумением. — Что вы имеете в виду?
Она стояла, не двигаясь, и их взгляды встретились. В её глазах он увидел что-то странное, почти мистическое, как будто она пыталась ему что-то сказать, но не готова была раскрыть всю правду.
— Вы новообращённый, — произнесла она, её голос был тихим, но уверенным, как если бы она уже давно знала этот факт.
Сальваторе застыл, его сердце замерло. Он не мог понять, как она узнала об этом, и не успел задать вопрос, как Эдит быстро вернулась к своей книге, словно её собственные слова не имели значения. Он чувствовал, как нарастают вопросы, но её реакция оставляла его в растерянности.