— Ты достигнешь того, что искал, — продолжила она, её глаза были полны знаний, которые, казалось, никто не мог бы понять. — Но запомни, Сальваторе, не всё, что ты найдешь, будет тем, чем кажется. Ты сам перепишешь свою судьбу. Ты будешь тем, кем ты решишь быть.
Она отпустила его руку, сделала шаг назад, и её тень снова слилась с остальной частью ярмарки. Сальваторе остался стоять, его мысли были поглощены её словами. Он не знал, что они означают, но ощущение, что она говорила правду, не покидало его.
Артур, заметив его замешательство, подошёл и положил руку ему на плечо, без слов спрашивая о том, что произошло.
— Ты что-то узнал? — спросил он, не скрывая интереса.
Сальваторе встретился с его взглядом и, не отрывая глаз, сказал с лёгким оттенком неопределённости:
— Может быть, — его голос был тихим, как если бы он не хотел говорить о том, что узнал. — Но я не уверен, что это то, что я хотел услышать.
***
Салон бара был полон живой суеты. Смех и разговоры сливались с музыкой, доносящейся с соседней сцены, а звон стаканов создавал постоянный фон. Вечер находился в самом разгаре, и как всегда, ярмарка привлекала множество людей. Толпы заполнили пространство, наслаждаясь представлением и атмосферой праздника. Когда музыка стихла, взрыв аплодисментов ознаменовал завершение выступления, и зрители не скупились на похвалы, щедро кидая деньги в сторону сцены.
На сцене появились сёстры Бель. Ольга, грациозная, в длинном красном платье, её танцы завораживали, а её сестра Катерина, в синем платье с тёмными волосами, вела себя более сдержанно, но не менее загадочно. Их голоса, наполненные страстью и эмоциями, захватывали каждого зрителя, заставляя сердца биться в унисон с их мелодиями. Все элементы их выступления складывались в нечто идеальное, и зрители щедро вознаграждали их аплодисментами и деньгами.
Когда выступление завершилось, сёстры Бель, как и ожидалось, подошли к барной стойке, где уже сидели Сальваторе и Артур. Блэквуд, с привычной ухмылкой, поцеловал руку Ольге, и та с улыбкой уселась ему на колени. Их взгляд был полон того таинственного общения, которое оставалось скрытым от остальных.
Катерина, более сдержанная, опустилась на стул рядом с Сальваторе. Он, как всегда, поглощённый своими мыслями, на мгновение отвлёкся, заметив её присутствие. Катерина встретила его взгляд с лёгкой, почти незаметной улыбкой, что заставило его почувствовать нечто тёплое в её присутствии.
Когда официант поднёс напитки, Артур и Ольга, не теряя времени, чокнулись и выпили свои стаканы с бурбоном залпом. Это было продолжением их старой привычки — наслаждаться моментом, наслаждаться друг другом. Сальваторе и Катерина же сделали лишь небольшой глоток, отставив стаканы в сторону, как будто сам напиток не был целью, а лишь частью атмосферы, которая окутывала этот момент.
— Как вам сегодняшнее выступление? — нарушил молчание Сальваторе, его взгляд был мягким, но за ним скрывалась настороженность. Он был тем человеком, кто привык скрывать свои мысли, но с Катериной что-то было иначе.
Катерина слегка наклонила голову, её губы приподнялись в лёгкой улыбке, а в её глазах играла загадка. Она была уверена в себе, не теряя храбрости перед любым вопросом.
— Оно было прекрасно, как всегда, — ответила она спокойно. — Ольга и я всегда стараемся вложить в выступление всю душу. Люди должны чувствовать это, не так ли?
Сальваторе кивнул, его взгляд всё ещё не покидал её. Он почувствовал, что в её словах было нечто большее, чем простое выражение благодарности. Она не просто исполнила свой долг перед публикой — она вложила в это часть себя. Он был уверен, что она могла видеть сквозь него, как и через любого другого.
— Вы, похоже, не слишком часто бываете в таких местах, — продолжил он, изучая её реакцию. — Вы явно не из тех, кто просто так проводит время в шумных залах.
Катерина спокойно встретила его взгляд, слегка пожав плечами, но в её глазах была какая-то скрытая глубина.
— Да, вы правы. Мы с Ольгой часто путешествуем, и хотя мы любим публику, это всё-таки не наша жизнь. Мы скорее находим в этом что-то большее, чем просто развлечение.
Сальваторе почувствовал лёгкий интерес, не скрывая его в своих словах. Этот разговор уже не был о пустяках, и он осознавал, что это может привести к чему-то более личному.
— И что же вы находите в этом, если не развлечение? — спросил он, его голос был тихим, но в нём звучала искренность, которую он редко позволял себе.
Катерина задумалась на мгновение. Её взгляд стал более глубоким, почти задумчивым.