— Я могу помочь ей, — произнёс он, его слова были полны решимости, но в них сквозила скрытая боль — боль от того, что он был не в состоянии сделать больше, чем просто предложить свою помощь.
Ольга резко повернулась к нему, её взгляд был острым и полным иронии.
— Своей кровью? — спросила она, с едва заметной усмешкой. В её голосе был намёк на злую иронию, как если бы она считала все предложения слишком простыми, чтобы быть решением для такой беды. Она встретилась взглядом с Уильямом, её глаза были полны сомнения и боли. Она не верила ему, не могла поверить, что он был способен дать ей что-то, что действительно могло спасти Катерину. Она была готова разрушить всё, что стояло на её пути.
Ольга выпрямилась и подошла ближе к Сальваторе, её шаги были твёрдыми, как решимость, которая стала её вторым дыханием. Она смотрела на него с холодом, но в её глазах проскользнула тень чего-то более глубокого.
— Ни в этой жизни, Сальваторе, — произнесла она, её слова были едва слышны, но в них была такая сила, что казалось, весь воздух в комнате застыл. Ольга выпустила длинные когти, и её лицо стало напряжённым, как у хищника, готового напасть. Она не собиралась уступать. Её решение было непреклонным. Она подняла руку, готовая вырвать сердце у Уильяма, но, прежде чем она успела сделать шаг, её запястье схватил Артур.
— Отпусти, — прошипела Ольга, её голос был наполнен ледяной яростью, сдерживаемой только силуэтом её сестры, которая, несмотря на свою слабость, всё ещё была рядом.
— Дай помочь твоей сестре, — спокойно произнёс Артур, его слова были такими же твёрдыми и спокойными, как он сам. Но в этих словах было нечто большее, чем просто просьба — это была уверенность в том, что они должны сделать всё, что в их силах, чтобы помочь. Он был готов на всё ради спасения Катерины, но знал, что в этой комнате всё не так просто.
— Она не станет такой тварью, как вы оба, — её слова были пропитаны ненавистью. Ольга смотрела на них с таким презрением, что её взгляд мог бы разорвать воздух. Для неё превращение в вампира было не просто страшным. Это было предательством, которое она не могла бы пережить, а тем более принять.
— Она уже давно тварь, — ответил Артур с лёгким оттенком жестокости, его глаза не отрывались от Ольги. — Ведьмы не лучше вампиров.
Ольга лишь усмехнулась, но это была не весёлая усмешка. Это было полное презрения движение, как будто она уже не верила в возможность спасения. Она была уверена, что их мир уже навсегда потерян. И всё, что она видела, теперь было лишь повторением старой трагедии, которой они все обречены.
— Ты ничего не знаешь о ведьмах, — произнесла она, её голос дрогнул, как если бы она пыталась удержать остатки уверенности. Но внутри её всё рушилось. Ведьмы были её врагами, существами, с которыми она не могла примириться. В её душе не было места для компромисса.
— Знаю, — коротко ответил Артур, его взгляд не изменился. Он был готов к любому ответу, но знал, что теперь нужно действовать. Это был момент, когда слова теряли всякий смысл, и их действия определяли всё.
Катерина, которая лежала на диване, резко повернула голову к сестре, её слабый взгляд встретился с её глазами. Она, несмотря на свою беспомощность, схватила Ольгу за руку и тихо произнесла:
— Пусть помогут…
Ольга остановилась, её сердце на мгновение застыло, а мысли метались. Она смотрела на сестру, и в её глазах читалась не только боль, но и понимание того, что выбор уже был сделан. Она знала, что если Катерина не умрёт, если она выживет, то это не будет избавлением. Это будет превращение в нечто другое — нечто, с чем ей предстоит жить. Но она не могла оставить её в этом состоянии.
Ольга тихо вздохнула и отступила в сторону, её лицо было каменным, но в её глазах проскользнула тень сомнения.
— Если она не умрёт, то не станет вампиром, — вмешался Артур, его голос был спокойным, но в нём звучала уверенность, что они делают правильное. — Мы просто поможем, и всё.
Ольга не сказала ничего, но её плечи слегка сгорбились, как если бы она сдалась. Она понимала, что в данный момент нельзя было остановиться. В этом моменте было больше, чем просто спасение. Это было то, что их связывало. Она уже не могла взять на себя вину за смерть Катерины, если бы её сестра не выжила.
Сальваторе, не говоря ни слова, тихо подошёл к Катерине. Он сел рядом с ней, и его взгляд был мягким, но полным решимости. С его руки капала кровь — тонкие капли, которые падали на губы Катерины. Он прикусил запястье, его действия были быстрыми и точными, он знал, что время поджимает, что это — единственный способ помочь. Кровь капала в её рот, и в этом была какая-то странная, тревожная магия.