Эпилог
"Друзья, как хорошее вино, с возрастом только становятся ценнее, их присутствие в нашей жизни подобно драгоценным воспоминаниям, которые никогда не исчезают."
1830 год, Англия
Чарльз лежал на постели, его тело истощено, а дни его жизни подошли к завершению. За двадцать шесть лет он изменился до неузнаваемости. Худой, с седыми волосами, он не мог встать из-за болезни, которая приговорила его к медленной и мучительной смерти. Но под конец своей жизни он точно не ожидал, что его старый друг снова войдёт в его мир.
Сальваторе стоял у двери, следя за тем, как медсестра покидает комнату. Он встретился взглядом с Чарльзом, и с лёгкой улыбкой сел на стул рядом с его кроватью.
— Ты же умер, — произнёс Чарльз хриплым голосом, едва повернув голову.
Сальваторе усмехнулся, но его лицо оставалось спокойным и непроницаемым. С каждым годом он становился всё более скрытным, но этот момент… он был другим. Он не мог скрыть того, что его возвращение было чем-то больше, чем просто неожиданностью.
— Меня воскресили… и сделали монстром, — ответил Сальваторе тихо, но уверенно, его взгляд полон внутренней тяжести. Он знал, что для Чарльза он был не просто другом, а частью прошлого, и не хотел рушить те воспоминания, которые остались у него.
Чарльз пристально посмотрел на него, не веря своим глазам. Это был Сальваторе — его старый друг, тот, с кем они когда-то делили всё. Но теперь перед ним стоял человек, чьи глаза полыхали темной болью и бездной.
— Монстр... — еле выдавил Чарльз. — Ты же был человеком.
Сальваторе закрыл глаза, будто пытаясь скрыть эмоции, которые сами пробивались наружу. Он провёл рукой по своим седым волосам, затем взглянул на Чарльза, произнеся:
— Когда ты сталкиваешься с чем-то, что забирает у тебя всё, ты либо умираешь, либо превращаешься в нечто иное. Я выбрал второе.
Чарльз попытался подняться, но его силы были на исходе. Он повернулся к своему другу, с трудом пытаясь понять, что стоит за его словами.
— Ты когда-нибудь жалел о том, что стал таким? — спросил он с лёгкой искоркой интереса, хотя его голос был слабеющим.
Сальваторе замолчал, его взгляд скользил по комнате, как будто он искал ответы, которых уже не было. Он знал, что за ним стояли годы мучений и преодолений. Вопросы, на которые нельзя найти ответа, были его постоянными спутниками.
— Да, каждый день, — наконец произнёс он. — Но сожаление не изменяет того, что есть. Ты видел, что со мной стало. Ты видел, что со мной будет. Но я не могу вернуться. Я могу только наблюдать, как меня уносят в бездну.
Чарльз несколько раз кашлянул, его дыхание становилось всё более тяжёлым, но он всё ещё был способен смотреть на Сальваторе с тем взглядом, который когда-то был полон молодости и силы.
— Ты нашёл хоть что-то, ради чего стоит жить в этом новом теле? — с трудом спросил Чарльз, его голос был слабо слышен, но с искоркой интереса.
Сальваторе чуть наклонился, его глаза стали мягче, и в его голосе была какая-то тяжесть.
— Я нашёл... — он сделал паузу, стараясь подобрать слова. — Я живу для того, чтобы защитить тех, кто остался жив. Я существую, потому что должен. Но, честно говоря, это не жизнь. Это — тень. Тень того, кем я был, и того, кем мог бы быть.
Чарльз молчал, его взгляд стал менее острым, но всё ещё полным уважения. Он чувствовал, что всё менялось в жизни Сальваторе, что тот стал не тем человеком, с которым он когда-то разделял моменты счастья и горя.
Время тянулось, и в комнате воцарилась тишина, пока Чарльз не произнёс слова, которые были его последними:
— И как ты теперь… живёшь? Что с личной жизнью? Ты находишь утешение в этом новом существовании?
Сальваторе, немного задумавшись, посмотрел на старого друга. В его глазах мелькнула слабая тень боли, но затем он взглянул на Чарльза с легкой улыбкой.
— Есть кто-то, кто дал мне новый смысл, — сказал он, слегка наклонив голову. — Это Катерина. Она... она изменила всё для меня.
Чарльз попытался усмехнуться, но это было слишком трудно. Он не ожидал, что Сальваторе мог бы найти кого-то, кто бы вывел его из этого тёмного мира, в котором он оказался.
— Ты нашёл женщину? — спросил Чарльз, удивлённо подняв брови, так как давно не слышал ничего подобного от Сальваторе. — Ты говоришь, что она изменила всё?
Сальваторе немного наклонил голову, его взгляд был полон благодарности, хотя глаза были скрыты за темной тяжестью его переживаний.
— Да, она изменила меня, — сказал он сдержанно, но с глубокой признательностью. — Она принесла свет в мою жизнь, она... спасла меня. Я живу ради неё.
Чарльз слабо улыбнулся, его силы были на исходе, но в этих словах было что-то, что успокаивало его. Он знал, что, несмотря на всё, Сальваторе смог найти нечто важное — нечто, что держит его живым.