Левая бровь Вашбурна ощетинилась:
– У вас мышление времен Песчаных Войн, командир.
– Возможно. Но кто сказал, что это мышление было неверным?
– Моих коллег будет не так просто убедить в этом. Ведь когда-то нас здорово побили в Песчаных Войнах.
На это Джек не мог ответить ничего. Знакомая старая боль опять пронзила его: их предали и бросили. Но он постарался не подавать никакого виду. Он вспомнил о той информации, которую только что сообщил ему Лассадей.
– Может быть, – вяло сказал он, – я могу устроить еще одну демонстрацию?
– Это произведет огромное впечатление, командир. И не скромничайте в запросе финансов из бюджета. Кстати, вам ведь и самому нужен новый бронекостюм. Почему-то этот кажется мне несколько поношенным.
Джек скривил губы:
– Но у нас есть и другие нужды...
– Не ограничивайте себя, командир, – сенатор схватился за перила и наклонился вперед. Его нос уперся в ветровой щит. Он глубоко вздохнул. – Боже, как я люблю экономику во время войны!
Одутловатое лицо Баластера порозовело:
– Чего ты хочешь?
– Учесть те данные, которые получила станция отслеживания гиперпространства. Я хочу укрепиться на этой планете до того, как по ней ударят траки. Я буду их поджидать, – сказал Джек.
– Но у нас нет подтверждения того, что Стралия под угрозой. Мы все еще ожидаем, официального объявления войны.
– Такой подход к делу дает им возможность нанесения первого удара.
– Может быть. – Баластер прикусил свою толстую губу. – И все-таки Стралия у нас под носом. Я думаю, что у траков хватит соображения для того, чтобы не атаковать нас там.
– У меня другое предчувствие.
Пепис поднес руку к подбородку. Сейчас император явно хотел скрыть выражение своего лица:
– Так что, – пробормотал он дрожащими губами, – вы планируете делать?
– Если мы вылетаем, то нужно делать это сейчас. Хотя мы и находимся рядом со Стралией, у нас все-таки нет возможности уничтожить траков при выходе из гиперпространства. Я возьму с собой Роулинза, а Лассадей останется здесь со вторым и третьим подразделениями. Травеллини будет офицером-дублером.
– Наше рыцарское движение так и развалится, не возродившись?
– Никогда. Вашбурн намекал на то, что Конгресс Доминиона хочет иметь хорошую армию. Он думает, что они пожелают увидеть нас в действии.
Баластер закашлял от раздражения. Пепис махнул рукой, чтобы он затих.
– Когда вы будете готовы?
– Как только будет готов к старту транспортный корабль. Бронекостюмы уже в мастерской, на подзарядке. Это обычное дело после тренировок, так что еще до наступления ночи мы будем готовы.
– Тогда... – рыжие волосы Пеписа затрепетали у него над головой, – тогда лучше сказать “до свидания”. Постарайтесь добыть мне Стралию, а конгрессу – победу.
Джек отдал честь.
– Рад стараться, Ваше Величество, – он уже повернулся, чтобы уйти, но вдруг что-то вспомнил и остановился. – Я принял сегодня присягу у новобранца. Он остаётся с Лассадеем.
– Только один новобранец? – Пепис удивленно поднял свои рыжие брови. – И кто же он?
– Бывший миссионер. Его зовут Динаро, Ваше Величество. Святой Калин привел его ко мне. Он сказал, что вы в курсе событий.
Баластер побагровел. Казалось, он вот-вот взорвется. Его планы – в который уже раз – были сорваны. Джек понял, что пора уходить.
Джонатан прервал послеобеденную медитацию Калина. Тот, увидев встревоженное лицо помощника, не стал его бранить.
– В чем дело, Джонатан?
– Пришел командир Шторм. Он очень хочет вас видеть.
– А-а. – Калин кивнул головой. – Хорошо. Пошли его ко мне немного погодя.
Он поднялся на ноги, потянулся и снова сел. Пол едва заметно задрожал. Вошел Джек. На этот раз он не был одет в бронекостюм. Калин сжал зубы.
– Здравствуй, Джек! Я ждал тебя.
– Что ж, в этом ты не ошибся. Сколько времени, по твоим расчетам, мне нужно было, чтобы узнать о Динаро все?
– Честно говоря, я ожидал, что ты придешь чуть позже. Фактически мне было нужно, чтобы он успел присягнуть, – мягко сказал Калин.
Джек остановился на середине комнаты напротив деревянного стола. Калин сидел в кресле. Светло-голубые глаза Джека потемнели. На лице у него пока еще было совсем немного морщин. Плечи – широкие, осанка – стройная. Но Калин никак не мог избавиться от ощущения, что глаза этого рыцаря гораздо старше, чем тело. Какая-то тайна окружала этого человека... Калину всегда было интересно, доживет ли он до того дня, когда эта тайна раскроется.
– Мне не нравится, когда меня так используют, в особенности те, кого я считаю друзьями.
– Послушай, Джек, а если бы я тебе все рассказал? Ведь вряд ли ты захотел бы принять в рыцари Динаро?
Командир задумался:
– Я не знаю. Но ты мне не дал возможности самому принять решение. Не так ли?
Калин поднялся с кресла:
– Нет, – сказал он с сожалением. – Я очень боялся. Ты прав, Джек. Мне следовало бы положиться на тебя. Ведь я уже достаточно хорошо тебя знаю.
– Так что же все-таки случилось?
– Пепис хотел заполучить Динаро.
– Зачем? – удивился Джек.
Калин сделал несколько шагов по комнате и посмотрел на висящую на стене картину:
– Я не совсем уверен в этом. Видишь ли, Динаро – воинствующий миссионер. А Пепис очень опасается этого.
– Возможно, Пепис и прав, – голос Джека стал спокойным. – Динаро уже успел причинить много неприятностей вам обоим. А что будет дальше?
– Да. Но ведь и ты мог бы причинить императору много неприятностей. Извини, но это не в моем стиле – осуждать кого-то за то, что он мог бы сделать. С другой стороны, я не мог не подчиниться. Ведь Пепис – мой император. Я выполнил его просьбу: я передал ему Динаро самым лучшим образом. – Калин отвел глаза от картины и повернулся. – Динаро не грозит наказание до тех пор, пока он является рыцарем.
– Да. Я тоже так считаю. Ну, а что будет, когда он нас покинет?
– Вот тогда и посмотрим. Сейчас Пепису предстоит война. Он будет отвлечен и, надеюсь, забудет Динаро.
– Никогда, – усмехнувшись, сказал Джек. – Этот человек никогда не забывает о существовании врага.
Калин помолчал, а потом сказал:
– Извини, Джек, я не должен был взваливать эту тяжесть на тебя. Ты прав. Если хочешь, я отзову Динаро, и мы предоставим Пепису свободу действий.
– Нет. – Джек направился к выходу, но потом на минуту остановился у двери. – Сейчас он одни из моих солдат. Из его выйдет толк. Но в следующий раз... – Джек устало улыбнулся, – все же лучше поговорить со мной. Ведь вполне вероятно, что мы оба воюем на одной стороне.
Калин тепло улыбнулся. Джек отдал честь и вышел.
Глава 11
Элибер окинула взглядом огромный военный лагерь. Беспокойное чувство охватило ее. Жизнь после возвращения с Битии стала ужасной. Лагерь постоянно находился в состоянии боевой готовности.
Элибер потерла свои руки, покрытые синими битийскими узорами. Татуировка надоела ей. Как только краска чужаков пропитала ее кожу, чувства битийцев вторглись в душу.
Элибер почувствовала, что кто-то направляется к ней, еще до того, как посетитель подошел к центральным воротам. Уличный мальчишка шустро прошмыгнул в стороне от телекамер охраны. Поравнявшись с Элибер, он остановился и бросил ей небольшой пакет:
– Там ваши глушилки, – коротко сказал он.
Элибер подхватила пакет и бросила ему три кредитных диска.
– Поблагодари от меня Смитов, – улыбнулась она.