— Это ещё что?
— Ну, это такая копчёность. Тонкие полоски мяса, солятся, коптятся и высушиваются до прозрачности. Очень твёрдые, её даже жучки всякие не жрут.
— А нам она зачем?
— Замочить на сутки, три раза сменить воду, потом отварить. Получается очень сытный суп, если картошки кинуть. Хрукусики делают кочевники из западных степей. Популярная штука, чтобы брать в дорогу. Не слишком вкусная, правда.
— Годится, записывай. Мы там не застолья собираемся устраивать.
Кейри старательно, высунув кончик языка, принялся скрипеть пером.
— Вот, на расходы.
Я пододвинул отельеру саквояжи.
— Что это?
— Открой и посмотри.
Кейри даже охнул, увидев груду золота.
— Владыка, зачем столько?
— Ты за свои собираешься продукты заказывать?
— Если понадобится…
— Дальше будут ещё расходы. Трать и не жалей. Ещё бы оружия докупить.
— Не продают, — Кейри поморщился, — я только в оружейную лавку зашёл, как мне сразу: приказ от Совета Старейшин, вы в белом списке. И Свен тоже.
— Сволочи. Сказать кому, не поверят: скелеты пришлось сельхозинвентарем вооружать.
И тут мне в голову стукнула отличная мысль. А ведь предки наверняка делали вилы с умыслом. Что, если и они были в такой ситуации?
— Кейри, у вас кузнецы берутся за срочные заказы?
— Почему нет? Главное, чтобы оплата была. Только они оружие для вас делать не будут.
— А и не надо, обойдусь. Мне требуется штук пятьдесят кос, из оружейных сплавов.
Кейри недоверчиво посмотрел на меня.
— Даже не знаю.
— Можем послать Свена?
— Я сам съезжу. Надо будет торговаться, а он слишком неопытен.
— Тогда бери деньги и вперёд. А я пока тут побуду, чтобы нашего Торквина не нервировать. Кстати, заедь к какому-нибудь дешёвому портному, мне нужны чёрные балахоны с капюшонами.
Отельер почесал в затылке, кивнул и отправился делать заказ.
Пока Кейри мотался по кузницам, я взялся учить Сеню играть в Чапая. Должен же у мумия быть хоть один достойный противник в замке. Монстру игра понравилась, особенно когда он начал выигрывать. А вот проигрыши он воспринимал абсолютно безразлично. Я даже позавидовал — хочу такую выдержку и пофигзм! Радоваться победам и не огорчаться поражением, это просто высший пилотаж.
— Ещё партию?
— Угук!
Сеня для игры снял перчатки, так что из каждого рукава камзола торчал пучок щупалец. Такой «рукой» расставлять фишки на доске одно удовольствие — раз и готово. Монстр с сочувствием смотрел, как я перекладываю монеты по клеточкам и качал головой. Но помогать не рвался. Ах ты зараза! Вот я тебя сейчас обыграю, чтобы знал.
К десятой партии Сеня насобачился, и я стал проигрывать всухую.
— Хватит, — я сгрёб монетки и сложил доску, — надо заняться делами.
Монстр ехидно угукнул и вернулся в любимое кресло-качалку. Ох, подожди, вот сведу вас с мумием, и буду смотреть, как вы рубитесь.
— Владыка, — на пороге стоял Кейри, — я всё сделал. Обошлось чуть дороже, чем я рассчитывал, но отказов не было.
— Отлично. Главное, чтобы опять Торквин не вмешался.
— Он уже здесь, — развёл руками отельер, — сидит в ресторане, пьёт чай.
— Про меня спрашивал?
— Нет, но вид такой, что ждёт именно вас.
— Ладно: выйду, поговорю. Может, он просто так зашёл.
Из кресла скептически угукнул Сеня.
— Надо верить в лучшие побуждения людей.
— Угук!
— Ладно, согласен, всех кроме Торквина.
«Колобок» сидел за дальним столиком и заливался чаем, будто не пил неделю.
— Добрый день! — расцвёл он при моём появлении, — а я вот, видите, сижу на диете. Целитель говорит надо больше пить, это притупляет чувство голода. А я так скажу: не помогает. Чем больше пью, уже булькаю, как чайник, тем больше хочется бифштекс. Желательно с хреном, жареной картошкой и ломтем деревенского хлеба. И сала, таких знаете ли тоненьких ломтиков, с чесноком и перцем…
— Торквин, я недавно обедал, так что могу только посочувствовать. А вы не могли пить чай в другом заведении? Никогда не поверю, что вы здесь случайно.
— Да я сам не ожидал. Шёл по делам, думал о прекрасном.
— О пытках?
— Типун вам на язык. О женщинах я думал. Знаете, как сложно найти подходящую пару, если работаешь начальником тайной службы? Тёмные семьи воротят нос, мол не для нас такой гусь. Купцы смотрят с подозрением, будто ты браком с их дочерью собираешься всех разорить. Вот больно мне надо! Не на крестьянке же мне жениться? Можно на какой-нибудь симпатичной орке — приодеть и вывести в свет, чтобы у всех этих напыщенных дураков удар случился. Но ведь у них клыки! Вдруг я ночью буду такой жены пугаться?