–теперь, когда Сэм воплотил условия сделки, ничего не мешает ему отобрать душу. Поверь мне, это хуже смерти. Ты должна первой нанести удар. Что будет с твоими сестрами, если тебя не станет? – голос Лив был полон сострадания и понимания. Изабель захотелось вонзить ногти в его нахальное лицо и стереть очередную лживую маску.
–разве я не сделала достаточно того, чего тебе хотелось?
–как же ты не понимаешь, Изабель?!
–а как я могу понять? – закричала Изабель и поднялась с кровати. Ее ноги подкосились, но девушка устояла. Сопротивление магии Лив лишало ее сил. – я оказалась марионеткой в игре духов! С одной стороны за ниточки дергал человек, которого я считала своей подругой, пока с другой их натягивал тот, кому я, не заметив, отдала свое сердце! Как? Помимо прочего я – даже не я! Я – Элизабет или Изабель? Кто я?
Изабель глубоко вздохнула. На смену вырвавшейся бури на нее моментально обрушились усталость и пустота. Девушка не могла верить своему внутреннему состоянию, не воплощавшему физическую боль.
– сейчас я – единственный, кто говорит тебе правду. Я готов ответить на все твои вопросы. Я готов все объяснить.
Лив едва коснулся ее, и все же его хватка на запястье была похожа на кандалы. Изабель показалось, что ее бросили в вакуум. Она перестала бороться. Комната разом стала оглушительно тихой, а сознание кристально чистым. Боль в душе смолкла, вместе с ней пропали все чувства. По щеке скатилась последняя слеза, и внутри Изабель стало пусто, как будто выключили свет.
– он использовал меня так, как мог. – безэмоционально ответила Изабель.
Лив мог продолжать резать истерзанное сердце Изабель, она достигла лимита и более не отзывалась на боль. Она внимала тому, что вываливал на нее Лив, соизволивший поделиться с ней правдой.
– Сэм совершает преступления против основ природы две сотни лет. Сначала мы закрывали на это глаза, не представляя, насколько большую опасность создаем для себя и каждого из людей. Элизабет была первой, кто осознал, насколько Самаэль опасен. Пандемониум – его детище – уничтожает души, и мы не можем никого спасти. Это произошло с отцом Вайолетт и произойдет со многими другими, если не положить конец. Мы ужасно поступили с тобой, я не стану лгать, говоря, что знаю твои эмоции. Но это был единственный шанс – создать девушку, являющую полную копию единственной, к кому Сэм испытывал любовь. Это чувство сильнейший рычаг, способный обратить властителя в раба.
– почему вы просто не переродили Элизабет? Она бы могла обратить Сэма к светлой стороне.
Лив вложил в руку Изабель кинжал и сжал кулак, потому что пальцы девушки безвольно лежали вдоль рукоятки. У него было тонкое лезвие, заключенное ножны, расписанные незнакомыми рунами. Кинжал был легким и спокойно поместился бы в широком рукаве рубашки.
–душа Элизабет навсегда утеряна для нас, и в этом повинен Сэм.
Глава 49
Тогда
Развалившийся на диване мальчик старался не обращать внимания на резкие ноты, выбиваемые маленькими пальчиками на инструменте. Лили приходила в восторг от недавно разученного штриха, именуемого «стаккато». Солнечные лучи падали на русые косички, отливая их золотом. В такие моменты племянница особенно напоминала Элизабет Рози.
С ее смерти минуло десять лет. Для всего мира ничего не изменилось, деревья цвели и увядали, звезды каждую ночь загорались на небе, а люди продолжали жить и любить. Для Элизабет же все было иначе. Она не нашла в себе сил остаться в Долине, наполненной воспоминаниями. Элизабет смогла дышать, только миновав границы Северного леса. Она отреклась от сил и похоронила их в самом затаенном уголке души. Лола, изгнанная несколько лет назад за любовь к человеку, приняла Элизабет. Разбитое состояние девушки было красноречивее любых ответов. Лола не задала ни одного вопроса, и они никогда не говорили о причинах, приведших Элизабет на порог дома тети.
Лола обрела счастье в семейной жизни с Грегором. У них родилось трое детей: Ровен, Стефан и Лилиан. Элизабет изъявила желание стать их гувернанткой, не упоминая о родстве. Когда–то блиставшая на балах, она знала все о придворном этикете, танцах и искусстве и делилась опытом с племянниками. Элизабет также старалась обучить их игре на фортепиано, оставшейся единственной отрадой и связью с прошлым. Элизабет была удовлетворена своей жизнью.