Приглашались все жители долины. Хозяин был рад каждому.
Его звали Лив. Время шло и требовало, чтобы он обзавелся именем. Что ж, выбор пал на то, что максимально точно могло отразить его природу. Лив, как Жизнь. Именно так оно переводилось с одного из языков, дарованных его созданиям.
Лив создал себе не слишком обольстительный образ. Его выбор пал на угловатые и острые черты лица, прозрачные голубые глаза и густые черные волосы. Телосложение было аристократичным и небольшим, всегда одетое в лучшие наряды. Тонкие губы вечно улыбались.
– все как всегда невероятно. – движения этой женщины были похожи на качания на волнах. Плавные, легкие. Она была идеалом для Лив. Волосы цвета ночи, заколотые в низкую шишку, мягкие черты лица, пухлые губы, глубокие зеленые глаза. На ней было простое шелковое платье, но она была самой восхитительной женщиной в зале. Сама Смерть. Хель. – мне даже интересно, когда я перестану удивляться твоей способности это все организовать.
– я всегда найду что–то новое.
Хель лишь улыбнулась, загадочно пожав плечами. Лив было даже обидно, что сотворенные им существа боялись и не понимали ее красоты, доброты и нежности, изображая ужасным монстром с косой.
– я думаю, гостям следует слегка разогреться. – щелкнул пальцами Лив.
Он сорвался с места, устремляясь в толпу. Найти ту, кого он искал было несложно. Клан Сильф отличался пепельно–белыми волосами, светлой кожей. Сильфы – это духи воздуха, повелители ветров и потоков. Невесомые. Их было трое. Три девушки. Предыдущий глава клана, отец, покинул их двадцать лет назад, устав от своего существования. Обязанности и силы перешли к старшей дочери, Сидни, высокой худощавой женщине с печальными серыми глазами. Сидни не была готова к такому подарку судьбы, хотя после смерти младшей сестры, любимицы отца, следовало догадаться, что она станет преемницей. Средняя дочь, Лола, являла полную противоположность. Маленькая и с округлыми формами, она была языкастой и дерзкой за двоих. Ей было дозволено все, так как особых ожиданий на плечи Лолы не возлагалось. Она спокойно жила в глубине леса, наслаждаясь обществом своего возлюбленного. Любовь соединила души сильфы и простого человека, из-за чего Лоле пришлось отказаться от перспектив в магии ради счастья. Третьей же была дочь Сидни. Двадцатилетняя Элизабет. На контрасте с природой сильф ее волосы обладали темно–каштановым оттенком и большие глаза, цвета древесной коры. На удивление гены отца, который являлся простым эльфом, очень сильно давали о себе знать.
– Элизабет, милая. – слегка поклонился Лив. Он предложил руку, приглашая гостью следовать за собой. – позволь всем нам насладиться твоей игрой.
Элизабет подобрала юбки своего платья цвета морской волны. Девушка поднялась на небольшую площадку, на которой расположился рояль, внушительных размеров. Опустилась за инструмент. В зале моментально стало тихо, словно из него выкачали все звуки. Глаза каждого устремились к юной сильфе, чьи пальцы коснулись белых клавиш. И тут же полилась мелодия.
Это было самое прекрасное, что Самаэль слышал в своей жизни. Слияние высоких и нежных аккордов с грубыми и резкими интервалами низких октав. Во время игры голова девушки слегка была клонилась вбок, а шея напрягалась. Она прикусывала нижнюю губу. Ее пальцы скользили по инструменту, словно бежали. Он полюбил ее именно в эту секунду. Когда Элизабет сидела, всецело отданная сонате, пленившей каждого в зале.
Потом все кончилось. Зал молчал. Было неуместно вот так…издать хоть один вдох после чего–то столь потрясающего.
– браво! – воскликнул король вечера, хлопнув в ладоши над головой. Вслед за ним помещение взорвалось аплодисментами. Смущенная Элизабет поднялась с места, одарив мир счастливой улыбкой. Ее глаза ярко светились.
Она не стеснялась своего триумфа. Она принимала его, как должное.
А парень в углу понимал, что с каждой секундой все больше теряет свое сердце. Как оно ускользает из его груди в направлении ее тонких кистей.
– ты так и будешь стоять и прожигать их взглядом? – рядом с Самаэлем из тени материализовалась женщина. Черные волосы, черные глаза, черное платье. Сама тьма. Прислужница смерти. Жрица.