Все было в миг перечеркнуто неизвестной рукой, тягающейся с ним, Жизнью и Творцом!
–Душа за душу.
–что? – Лив выглядел так, словно его только что огрели лопатой по голове. – ты сейчас хочешь говорить мне всякие типичные фразы?
–хаос во дворце – дело рук Ребекки. Мы не были уверенны, потому как я так же не ощутила то, как она покидала или владения, но другие видели сильфу сегодня.
Праздник Осеннего Урожая превратился в кошмар наяву. Все вышло из–под столь привычного контроля. Уцелевшие гости расположились в саду или же бежали домой, все напуганные. Многие, отвержено защищая ближних. Райкер забрал потерявшую сознание и измотанную Ребекку в свою обитель. Хель догадывалась, что девушка пока жива. Только она не была уверенна, что еще имеет над ней власть.
–ты хочешь сказать, что…
–Роксана уверенна, что это дело рук Самаэля и Элизабет.
Лив застонал. Хель медленно, палец за пальцем, освобождалась от шелковых перчаток.
–это бред.
Над головой Жизни замерцал один из шаров. Его золотое свечение стало ярче звезд на черном небе. Это длилось всего несколько секунд, после чего стремительно начало угасать. Едва заметный серый дым вился на дне. Душа Элизабет увядала, едва дыша. Хель потянулась к шару, Лив подскочил на ноги, первым хватая душу. Мужчина прижал шар к груди.
–она умирает, Лив. Слишком слаба. Ей очень больно.
–я не отдам ее тебе.
Изумрудные глаза искренне вопрошали и не понимали его. Он капризничал и сопротивлялся. Жизнь, собственноручно создавший вместе с ней порядок вечных вещей.
–ее свет угас. Она истекает кровью, сознание покидает тело.
–ты забрала стольких на этом балу. Тебе мало?
–это не моя прихоть!
Хель никогда не пыталась коснуться Лив голыми руками. В других условиях, он бы заметил, какая мраморная, гладкая у нее кожа и тонкие пальцы. Но сейчас мужчина шарахнулся.
–Сэм будет нуждаться в Элизабет как никогда! Он оступился, да. Они потеряли ребенка, Хель. Я не позволю Сэму лишиться еще и возлюбленной. Их история не окончена.
Женщина скрестила руки на груди. Она слышала едва уловимое биение сердца Элизабет. Тук…тук… …тук…
–это будет единственный раз, когда я прошу тебя. Я умоляю. – Лив склонился на колени. Раскаяние, страх и надежда. Самый могущественный, невероятный мужчина был у ног Хель. Если бы можно было распорядиться иначе. Если бы можно было обвести угловатый подбородок, попробовать его губы. Коснуться.
–хорошо. – Хель могла сделать только это. – ради Сэма. Ради Элизабет, Рози. И тебя.
Лив облегченно уронил голову на грудь. Его плечи содрогнулись от нового всхлипа, в этот раз наполненного радостью. Жизнь поднял в воздух уже ставший прозрачным шар. В ладонях Лив, в которых Хель успела заметить соленые капли, скопился солнечный свет, который он направил в сторону души Элизабет. Она начала наполняться, оживать. Шар сиял, десяток новых искр бился о хрусталь, кружась в собственном танце.
Глава 21
Сейчас
Когда последним крупицам человечности Самаэля пришел конец, появился Пандемониум. Он больше никогда не мог вернуться к тому, кем был. Его жена и дочь, те, кто видели в нем кого–то достойного и любили, были мертвы, как и его проклятая душа и черствое сердце. Самаэль стал тем, кем является.
Пандемониум был его тюрьмой, пристанищем. Рано или поздно Самаэль возвращался сюда. Это был его отправной и конечный пункт. Здесь хранились все заключенные договора, никогда никем не прочитанные. Они – материал шатра, в котором бесконечными рядами стояли стеклянные шкафы, клетки душ. Каждая душа уникальная неповторимая марионетка, ее нити намотаны на потолок обители. Безумие всегда может ими воспользоваться.
Если бы Самаэль когда-нибудь решил покинуть это место, ничего бы не вышло. Пандемониум был продолжением его сущности. Он был живым и нуждался в пропитании. Вечно ненасытный зверь, клыки которого плотно впивались в Самаэля, и чтобы ослабить хватку, ему нужно было добывать новые жертвы, привлекающие внимание больше. Раз в десятилетия мужчина возрождал бедную душу, а та, в знак благодарности была обязана стать его ассасином, убийцей и слугой. Пандемониум обжирался до отвала и на какое–то время умолкал. Другая крайность – когда он мучил Сэма, выкачивал его магию, ломал кости. За силу требовалось платить, Пандемониум был ее источником.