–мне жаль, что Лола не может быть с нами.
Ребекка приобняла племянницу за плечи.
–я могу призвать ее, когда мы будем в ней нуждаться.
Едва уловимо скрипнула дверь, и небольшая армия Безумия прошмыгнула внутрь покоев. Да начнется веселье. Они умели быть тихими, потому уже четверо остановились за спиной сильф в ожидании, когда девушки заметят.
Рози раскрыла рот и указала на скалящихся напротив голумов. Конечно, они не должны были пугать девочку, ведь она знала об их существовании, они не представляют опасности духам. Они разобщены и слабы, но в их узких, острых лицах было что–то жуткое.
–мам. – вымолвила Рози, и это послужило знаком для остальных. Гоблины заломили руки сильфам. Голум прыгнул на стол и закричал, брызжа слюной в лицо Рози. Девочка зажмурилась и зажала уши. Материнская забота придавала Элизабет больше ярости сопротивляться, она пнула в колено одного из гоблинов. Хватка на руках ослабела. Девушка смогла разжать кулак, освободив поток воздуха, отбросивший тварей подальше. Элизабет подхватила дочь на руки. Ребекка заслонила собой их обеих. Под ногами клубился ветер.
–проделки Мэделайн зашли слишком далеко. – прозвучало предупреждение сильнейшей из сильф. Твари топтались на месте, не пристыженные, вновь ожидающие даров.
Справа раздался рык. Все трое обернулись. Саблезубый тигр* с плешивой, наполовину слезшей шкурой из–под которой виднелось почерневшее мясо и кости, вместо глаз были черные впадины. На шее хищника сверкнул опал. Медленно, подобно дыму, способность Ребекки оседала на пол.
–камень бессилия. – его название говорило за себя. Идея была навеяна человек Музой с благословения Лив. Игрушка вызвала среди обитателей Долины раздор и сомнения.
Ребекка переглянулась с Элизабет. Ей было необходимо помочь им удалиться. Происходившее здесь было по ее душу.
–сейчас. – шепотом сказала Ребекка. Она протянула руку, на расстояния предприняв попытку сорвать угрозу. Элизабет рванула к двери. Тигр прыгнул на Ребекку, оба упали на пол. Из его пасти вытекала кровавая слюна, когти рвали платье, лапы давили на ребра.
Элизабет развернулась, в ее руках разрастался огромный шар. Голум, хихикая, подкинул в него горящую спичку. Девушка не успела отреагировать. Громкий взрыв у самого лица раскидал их с Рози. Девочка заплакала. Ребекка отчаянно пыталась сбросить с себя зверя, тот с жадностью поглощал ее силы, истощал и облизывался, представляя вкус плоти.
–что скажешь, Сэм? – Мэделайн обхватила широкие плечи Сэма и усадила его на стул. Перед ними хрустальный шар столь правдоподобно отражал недостижимо происходящее. Поданные Мэделайн окружили измотанных и побежденных сильф. Теперь в руках некоторых было возможно разглядеть точно такие же опалы бессилия.
–для мертвого духа ты слишком сильно в себя веришь. – процедил сквозь зубы Сэм. Он не исключал, что все это могло быть жалкой уловкой, иллюзией, призванной играть на пошатанных нервах.
Элизабет застонала, переворачиваясь на бок. Сэм увидел широкое пятно ожога на ее правой щеке. Гоблины подступали к ней, но, кажется, сильфа не могла рассмотреть их фигуры, сфокусировать взгляд. Девушка вновь уронила голову на камни. Тигр впился в шею Ребекки. Рози обняла коленки, вжавшись в угол комнаты.
–ты готов рискнуть их жизнями, чтобы проверить правдивость иллюзии? – постучала когтем Мэделайн.
–мамочка! – всхлипнула Рози. Ее пугал гоблин, прижавший к лбу Элизабет камень, так ярко замерцавший от соприкосновения. Подскочивший справа к девочке голум был ужасен. Он облизнулся и схватил девочку за руку тонкими пальцами–веточками. Неужели он хотел съесть ее?
Неизвестно как, Рози нащупала в себе спавшие так долго силы. Огромная волна вырвалась из ее груди. Покидая маленькое тельце, она становился все сильнее, отталкивая безумцев. Девочка закрыла глаза и обмякла.
Элизабет дрожащей рукой нащупала брезжившую в Ребекке энергию и воззвала к ней. Выброса было достаточно, чтобы окончательно расправиться с атаковавшими их монстрами. Их противоестественные вопли были на грани ультразвука. Сильфы слабели на глазах. Голумы, гоблины и тигр, те, кто еще мог, бежали.
–я согласен! – сорвался Сэм. Он едва не потерял Элизабет и не мог допустить этого вновь. К всему уродливому и пугающемуся в нем добавится наследие дьяволицы перед ним. – оставь их в покое.