– у вас идиотский дресс–код.
– идем. – проигнорировала ее заявление Астрид.
Она открыла дверь, жестом приглашая подругу следовать за собой. Изабель повиновалась. Не то чтобы Изабель нравилась гримерная, которую она разделяла с напарницами, но сейчас, она бы вернулась туда. Яркий свет и музыка обрушились на нее. Клетка захлопнулась.
– твоя задача предельно проста – разносить заказы, улыбаться. – Астрид быстро шла, Изабель старалась не отставать от темпа руководительницы. – у нас три бара, можешь пользоваться любым из них, неважно. Не флиртовать с посетителями, выполнять любую просьбу. Улыбаться, Изабель, будь красивой и недостижимой феей ночи.
– хорошо. – кивнула девушка, оглядываясь по сторонам. Людей здесь было много, даже слишком. Кто–то расположился на диванчиках, громко гогоча, другие стояли у барной стойки, третьи же расположились на танцполе. Танцпол…что ж, именно он выглядел как ад. Вопящая и прыгающая толпа.
– удачи. – Астрид чмокнула подругу в щеку и быстрой и уверенной походкой направилась прочь. Прошла пара секунд, и Изабель потеряла ее полностью из виду, словно женщины вовсе здесь не было. Паранойя принялась радостно потирать ручки, нашептывая Изабель, что следовало бы уйти. Что ей делать? Она не справится.
Музыка оглушала, била по барабанным перепонкам, но несмотря на все это, была прекрасна. Голос девушки, выступавшей на сцене, был чем–то поистине волшебным. Сильный, высокий и женственный. Все это так и манило насладиться, отдаться нотам.
– чего застыла? – пихнула Изабель официантка, подходя к бару. Она остановилась справа от бармена и подперла пышный бюст, объятый фиолетовой тканью, как бы неспециально скрещенными руками. – мне тоже налей. – подмигнула она парню. Тот, околдованный официанткой подчинился. Женщина неизящно залпом опустошила протянутый ее напиток. Изабель отвернулась. На диване поднялась рука. Девушка направилась туда.
Изабель знала, что это сложно. Работа официантов всегда представляла собой совокупность скорости, спокойствия, которое необходимо излучать, окружающего стресса и услужливости. Но громкая музыка, через полчаса уже превратившаяся в давящий шум на фоне, каблуки и теснота играли свои роли. Изабель продолжала улыбаться и стараться изо всех своих сил.
Девушка подошла к барной стойке и наполнила поднос коктейлями. Она физически ощущала похотливые взгляды троих мужчин, сидевших справа от нее. Изабель взяла в руки поднос и, подмигнув одному из них, быстро устремилась в толпу пьяных тел. Там можно было раствориться, потеряться. Люди качались и скакали в такт битам песен волшебной Мэры. Бокалы пропадали с подноса сами собой по мере того, как девушка продвигалась вперед. Они кричали, запрокинув головы назад. Под носами некоторых красовалась белая дорожка. Кто–то целовался, пожирая друг друга. Раздевались.
Вверх взмыла рука. Изабель обошла танцующуюся парочку и остановилась напротив девушки в красном. Та, не раздумывая, взяла бокал. Она чем–то напоминала Вайолетт. такие же пышные волосы, черты лица.
– Вайолетт? – в шоке воскликнула Изабель, узнав младшую сестру. Девушка была готова задохнуться от возмущения. Ее точно не должно было здесь быть ни под каким глупейшим предлогом. Вайолетт закашлялась, выигрывая им обеим небольшую фору. Изабель стоило больших усилий не вспыхнуть прямо здесь.
– все нормально? – появилась рядом рыжеволосая девушка. Она взяла с подноса официантки бокал. Было нетрудно сложить дважды два, чтобы понять, что эта девушка приложила усилия для того, чтобы они с Вайолетт очутились здесь. – спасибо, можете идти.
– что ты здесь делаешь? – вздернула подбородок сестры Изабель. Вайолетт была максимум пьяна, не усугубив ситуацию чем–то более тяжелым.
– убери руки. Трой, скажи ей. – захныкала подруга Вайолетт, ударив Изабель по рукам.
– а ты? – закричала Вайолетт. – какого черта, Изабель? – быстро забрала на себя инициативу девушка. Она презрительно осмотрела сестру с головы до ног.
Изабель следовало держать себя в руках. Им не нужна была сцена посреди Плазы, однако это было последней каплей. Изабель взяла сестру под руку и потащила прочь с танцпола.