– Тедди, что все это значит? – а вот и знакомые металлические нотки учительницы просочились на волю.
– не называйте меня так! – закричала Андромеда, сомкнув кулаки в карманах. – вы не моя семья!
– кто кого убивает, дряная девчонка? – рявкнула миссис Эмильсон, рывком потянула на себя девочку. – кто эти люди?
– я не знаю! Я не знаю! – зажмурилась изо всех сил Андромеда. Она не позволит хотя бы одной слезинке скатится, ну уж нет. Она ничего не сделала, чтобы ее сейчас вот так отчитывали в коридоре.
– говори! – сжала плечи девочки миссис Эмильсон, повысив голос. Андромеда окончательно вывела ее из себя, к тому же паника, что ее, учительницу, приплетут ко всей этой драме, размеренно трезвонила в уголках подсознания.
– мне просто это приснилось. – всхлипнула Андромеда и посмотрела в бледно–серые глаза миссис Эмильсон. – просто приснилось.
– зачем ты это нарисовала?
– я не знаю.
– это твой отец? – указала на лицо с двумя спиралями учительница. Андромеде захотелось ее ударить. Фрэнк был безобидным и добрым, он бы никогда не натворил ничего подобного.
– отдайте мне мою тетрадь. – слова Андромеды прозвучали неожиданно спокойно и по–взрослому. Девочка протянула руку. Миссис Эмильсон ошарашено уставилась на нее и вернулась к своей первичной тактике.
– ты знаешь, это очень серьезно? – она мягко погладила пальчики девочки, тетрадь спрятала за спиной. – это очень страшные и опасные вещи. Ты можешь мне доверять. Я желаю тебе лучшего, Андромеда. Я твой друг. Расскажи мне. – прошептала женщина.
Рассказать что? Андромеда не знала, что значил этот сон, как и предыдущий. Девочка была уверенна, что это важно, но не могла понять, почему. Еще…это имело отношение к ней. Она была зрителем или участником этих жестоких ужасающий картин?
– это приснилось мне вчера ночью. Руки сами начали рисовать, я не знаю почему, не знаю. – пролепетала Андромеда. Ее голос дрожал, а хотелось быть резкой, грубой и непоколебимой, как Вайолетт. Сказанное миссис Эмильсон было страшнее, ведь обладало привкусом реальности, а у женщины была власть. Наверняка, она ненавидела Андромеду.
Миссис Эмильсон достала рисунок, показывая его снова им обеим. Желтый фон. Два истекающих кровью страшных человека, а в углу стояла тень. Большой черный силуэт, нарисованный вразброс, и лишь две голубых льдинки сияли наверху.
– он заставил убить их обоих. – указала на тень в углу Андромеда. Прежде, чем выпасть из кошмара, девочка заметила тьму в углу той жуткой квартиры. Тьма обладала человеческим силуэтом, от нее веяло мертвенным холодом. Она просто стояла, пока ореол зла обхватывал фигуру. Андромеда была уверенна, что он отдал кровавый приказ.
Глава 16
Театральная труппа устало растянулась на креслах зрительного зала. Не прошло и пяти секунд, как кто–то начал шуршать оберткой, доставая запоздалый и невнушительный обед. Изабель прикрыла веки и начала массировать их указательными пальцами. Последнее время полноценный семичасовой сон был воспоминанием, так как с наступлением ночи находились самые разнообразные неотложные дела: оплата счетов, тревожное ожидание возвращения Вайолетт, охрана тревожного сна Андромеды и обязательная репетиция завтрашнего отрывка пьесы. Пока Изабель шла ровно и даже успешно, она научилась держать осанку и грациозно размахивать руками, подобно принцессе, мечтательные и нежные речи шли мягкому темпераменту. Но скорое помешательство выжидало на горизонте, а Изабель каждый раз захлопывала книгу.
– сцена пятая. Бал Лилит. – потянулся Лукас, зевая. Он сидел во втором ряду по центру, закинув ноги на кресло впереди и разбросав вокруг листы с текстом. Актеры застонали, подаваясь вперед. – поживее, вы, ленивые опоссумы. – и лишь гадали, чем режиссеру не угодили данные звери.
– что за чертовщина со светом? – Лукас швырнул тапок в стоявшего на сцене декоратора.