Изабель вышла из–за прилегающего к лестничной площадке коридора, в котором Лукас укрыл ее пятнадцать минут назад. Девушка встала рядом с режиссером. Она присела в небольшом реверансе и скромно улыбнулась. Толпа молчала. Они были очарованы ей. Лукас сделал правильный выбор.
–она совершенство. – подал шампанское Изабель Лукас. – предлагаю вам поднять бокалы за актрису главной роли. За приближающуюся премьеру!
Вверх поднялись бокалы
–кажется, она мне кого–то напоминает. – раздался справа чересчур знакомый голос. Медленно Самаэль обернулся. – ты тоже здесь? Я удивлен.
–я не мог отвергнуть твое приглашение. – усмехнулся Сэм.
–да, это я организовал. Настолько очевидно? – довольно улыбнулся Лив. Он подозвал к себе официанта, взял два новых бокала и протянул один Сэму. Мужчина отказался жестом руки. Лив залил в себя первую партию шампанского и вернул бокал официанту.
–с годами все меньше пафоса. Даже костюм как у всех.
–сегодня все внимание принадлежит не мне. А ей.
Вокруг Изабель и Лукаса собралось несколько человек. Мужчина, было видно лишь его затылок, сказал что-то, вызвав у девушки улыбку. Она ответила ему. Ревность заглушила все остальные эмоции, и только разум пока сдерживал ее вопли, дабы не разнести к чертям все.
–ты прав.
–я заметил, что ты в ней заинтересован. Вы знакомы? – словно не Лив толкнул эту девушку в объятия Безумия.
–немного. – а Сэм не желал ее больше всего в этом мире.
–она хороша. У Лукаса дар разглядеть потенциал.
Будто услышав, что речь идет о нем, Лукас огляделся по сторонам, но не заметил своего главного покровителя. Он провел рукой по оголенной талии Изабель.
–ты чувствуешь это? – если Лив говорил о мысли оторвать те самые руки режиссеру, оставалось надеяться, что она не читается так явно на лице. – энергию сильфы рядом?
В это мгновение воздух стал спертым и навалился тяжестью нескольких тонн. Кара всех ветров наконец настигла его. Он не мог вдохнуть какое–то время. А это была лишь иллюзия. Бред собственного сумасшествия. Лив расплылся в довольной ухмылке.
–ты не мог… – покачал головой Сэм. Он был так слеп, что не заметил?
–прислушайся. – постучал себе по виску Лив и кивнул в направлении актрисы, режиссера и потенциальных зрителей. – мне пора. – Жизнь только сделал шаг в толпу, как тут же исчез в ней.
–мисс Маршалл, я никогда не видел вас на сцене ранее. – заявил один из собеседников.
–я в театре с восьми лет, меня привела мать. – одно из самых лучших воспоминаний о Меридит, наполненное благодарностью. – конкретно здесь я играю пять лет. Ранее это были роли второго плана, возможно, вы не обратили внимания.
–странно, не заметить такую красоту.
–будет возможность на премьере пьесы. – подключился в разговор еще один мужчина. – Лукас, мы же можем рассчитывать на билеты?
–конечно. Нам предстоит еще много работы, но я уверен, Зигфорд писал пьесу для Изабель. – сказал режиссер.
–а как же Эмили? – раздался хрип из Преисподней. К ним подошла женщина. Ее рыжие волосы наполовину тронула седина, длинное черное платье висело на острых плечах, лицо с застывшей скорбью, тонкие бледные губы. – вы верили в ее талант с такой же рьяностью.
Это была ее мать. Миссис Смит. Прошло еще слишком мало времени, чтобы говорить о каком–то облегчении боли. Может ли вообще стать на сердце легче после потери ребенка? Ее глаза, два изумруда, остановились на Изабель. Она сканировала ее. Молчание затягивалось.
–простите. – неловко рассмеялся Лукас. – миссис Смит, я вам очень соболезную. Мы все скорбим. – режиссер опустил подбородок на грудь.
–ты довольна? – женщина игнорировала присутствующих. Для нее в зале существовала одна Изабель.
–я не понимаю, о чем вы. – растерялась под устремленными на нее взглядами актриса.