зодчества, в особняке А. Ф. Вакано (ул. Рабочая, 3) – немецкого средневековья, в здании бывшего
Крестьянского и дворянского поземельного банка (ул. Куйбышева, 153) – средневековья
скандинавских стран. Это сходство не случайно. Оно объясняется тем, что источником
вдохновения для мастеров модерна была архитектура Средних веков. «XIX век «открыл»
средневековье, подобно тому как Возрождение «открыло» античность, усмотрев в нем качества,
которые хотелось видеть воплощенными в жизнь», – писала искусствовед Е. И. Кириченко в книге о
выдающемся мастере модерна Федоре Шехтеле. Самарские постройки модерна, схожие со
средневековыми прототипами, все же в большей мере были наделены признаками модерна. Они
проявились в целостности группировки помещений, достигнутой проектированием «изнутри
наружу», и в декоре зданий. Синтетический сплав мотивов средневекового зодчества и модерна
придавал зданиям индивидуальный, неповторимый архитектурный облик.
Порой самарские зодчие усматривали в модерне чисто внешнюю, декоративную сторону.
Они использовали орнамент этого стиля в оформлении фасадов также, как в постройках
эклектики. Подобные примеры представляют здания гостиницы «Гранд Отель» (ныне «Жигули»,
ул. Куйбышева, 111), дом А. Ф. Нуйчева (угол ул. Рабочей и Самарской, 149), особняк Е. Ф.
Новокрещеновой (ул. Фрунзе, 144). Фасады дома А. Ф. Нуйчева особенно изобилуют
разнообразием декоративного орнамента. В их декоре встречаются слоновые маски, бабочки,
худосочные атланты, стилизованные мотивы растений. Декоративный орнамент модерна, в
отличие от декора предшествующих стилей, был более экзотичным и экстравагантным. Главная
роль в нем отводилась стилизованным растениям с длинными изогнутыми стеблями: ирисам,
макам, кувшинкам, водорослям, тропическим цветам. Среди их размещались грациозные женские
фигурки или головки с распущенными волосами, крылатые феи в развевающихся одеждах и
другие томные и таинственные существа потустороннего мира. Мягкости и плавности форм
модерна соответствовала приглушенная светлая цветовая гамма. В окраске особняков
использовались все оттенки голубого, серого, бежевого, зеленого цвета.
Постройки модерна модно было облицовывать глазурованной керамической плиткой, что
способствовало быстрому развитию ее производства. Вскоре облицовочная плитка вытеснила
другие виды декоративной отделки фасадов, став в них главенствующим художественным
элементом. Это особенно заметно в постройках позднего модерна. Глазурованная плитка
покрывала всю поверхность уличных фасадов в домах И. Е. Савельева (ул. Молодогвардейская,
128), С. А. Гринберга (ул. Куйбышева, 32), Р. П. Зворыкина (ул. Венцека, 38), В. Б. Маркисон (ул.
Чапаевская, 80). Ей облицованы здания Ново-Троицкого торгового корпуса (ныне универмаг
«Юность», угол ул. Ленинградской и Молодогвардейской, 57) и дом собрания служащих
правительственных и общественных учреждений (угол ул. Рабочей и Куйбышева, 1/155), а также
десятки других самарских построек, возведенных в канун первой мировой войны.
В 10-х годах XX столетия влияние модерна на архитектуру Самары было настолько велико,
что не позволяло распространению и развитию других, новых архитектурных направлений.
Между тем в Петербурге и Москве в те годы появилось еще одно направление историзма –
неоклассицизм. Его создатели, архитекторы И. А. Иванов-Шиц, А. И. Таманян, И. В. Жолтовский,
И. А. Фомин, В. А. Щуко, избрали предметом для подражания произведения мастеров русского
классицизма конца XVIII – начала XIX веков. Архитектура классицизма, после почти векового ее
отрицания, вновь стала зримым символом вечных ценностей. Приобщение к ним для
провинциальных заказчиков было мерилом солидности и основательности их дела. Видимо, не
случайно в архитектуре Самары самыми значительными постройками неоклассицизма оказались
банки. Незадолго до первой мировой войны в центре города, на улице Дворянской появилось два
банковских здания: Волжско-Камского коммерческого банка (ул. Куйбышева, 92) и Русского для
внешней торговли банка (ул. Куйбышева, 90). По желанию заказчиков, здания проектировали
столичные архитекторы В. И. Якунин и Балинский, которые в те годы волей судьбы оказались в
нашем городе. Здание Волжско-Камского коммерческого банка появилось в результате
реконструкции и перестройки существующего дома, а здание Русского для внешней торговли банка
возводилось заново. Последнее было самой высокой постройкой на Дворянской улице. Его одним
из первых в Самаре оснастили лифтом. Декоративная отделка фасадов у данных построек разная.
Дом Русского для внешней торговли банка представляет собой стилизацию мотивов ренессанс
-ной архитектуры, а здание Волжско-Камского коммерческого банка – мотивов архитектуры
классицизма. Однако обе постройки отличались от исторических прототипов преувеличенными
размерами фасадов и свободным, раскрепощенным использованием деталей. Это была
архитектура классики, пропущенная через призму модерна.
В самарской архитектуре неоклассицизм проявился и в промышленном зодчестве. Его черты
угадывались в корпусах Трубочного завода (ныне ПО «ЗИМ»), а также в комплексе построек
элеватора Государственного банка на берегу реки Самары. И вновь это были работы столичных
мастеров. Из самарских архитекторов наиболее значительные постройки неоклассицизма создал
губернский инженер Платон Васильевич Шаманский. Он, как многие мастера рубежа XIX–XX веков,
обнаруживал симпатии к разным стилям – увлекался архитектурой модерна (театр-цирк «Олимп»,
ныне не существует), русского стиля (культовые постройки в селах губернии), но главное
пристрастие питал к образцам классической архитектуры. Его обращение к классицизму как
прототипу своих будущих сооружений, было разносторонним и творческим. Достаточно
сопоставить такие его постройки как, губернаторский «Белый дом» в Самаре (ул. Фрунзе, 167,
здание перестроено), здание гимназии в Мелекессе (ныне город Димитровград Ульяновской
области) с собственным домом П. В. Шаманского на улице Степана Разина, 108, чтобы в этом
убедиться. Если в проекте «Белого дома» ощущались отзвуки раннего московского классицизма, а
в мелекесской гимназии – желание переосмыслить классику с позиций модерна, то в доме на ул.
Степана Разина, 108 на первый план выступало стремление приспособить классические формы
для современного многоэтажного доходного дома. В данной постройке интерпретация классики
осуществлялась на уровне декора. В отделке фасадов П. В. Шаманский использовал
традиционный набор классических элементов – рустовку цоколя, треугольный аттик82,
переходящий в парапет83 с разрывами, наличники в виде классических порталов84. При этом
архитектурную характеристику здания дополняла выразительность самого объема, его большие
размеры и симметрия форм. В первые десятилетия XX века подобная трактовка казалась
современной, а неоклассицизм, возникший на ее почве, представлялся единственно достойным
архитектурным стилем эпохи. Как показала история, в период 30- 50-х годов нынешнего столетия
советская архитектура развивалась по этому пути.
Подводя итоги развития самарской архитектуры предреволюционных десятилетий, можно с
уверенностью утверждать, что в те годы она не уступала зодчеству столичных городов ни по
уровню использования современных конструкций, ни по художественным качествам отдельных
зданий и сооружений.
Революция 1917 года, изменившая ход истории России, существенно повлияла на развитие
архитектуры нашей страны. Зодчество, в отличие от других видов искусства, более чутко реагирует