Резонерства наших скучных мудрецов,
Я нашел в поэте искреннего друга,
Упиваясь чудной музыкой стихов110.
Сохранились воспоминания о юношеских годах Панова его соученика по сызранскому
реальному училищу А. Башарина. Прочитав в одном из номеров «Исторического вестника» статью
«Поэт Н. А. Панов», он написал редактору письмо, в котором воспроизводит запомнившиеся ему
черты своего бывшего одноклассника. Башарин замечает, что «Панов не отличался большими
способностями, и все, что не относилось до поэзии, мало его интересовало. Он всегда сидел
грустный, молчаливый, почему и служил мишенью для насмешек со стороны товарищей-
одноклассников»111. Но когда Панов говорил о поэтах и поэзии, то весь «преображался: на бледных
щеках его загорался румянец, глаза блестели, и он дрожащим от волнения голосом воспевал
108 Пассек Татьяна Петровна (1810-1889) – русская писательница, родственница А. И. Герцена. В 1880-
1887 гг. издавала популярный детский журнал «Игрушечка».
109 ЦГАЛИ. Ф. 1275. Оп. 1. Д. 1. Л. 1.
110 Панов Н. А. Думы и песни. Спб., 1882. С. 113.
111 ГПБ. ОР. Архив «Исторического вестника». Оп. 1. Д. 116. Л. 35.
поэзию и поэтов и читал замечательно хорошо стихи»112. Стихотворения молодого поэта носили
обличительный характер, многих и многое он предавал осмеянию. «Помню, – пишет А. Башарин, –
в списках ходили его довольно длинные стихи под названием «Козий сад», где он зло осмеивал
сызранскую публику, посещавшую вновь рассаженный бульвар, который остряки прозвали –
Козьим садом»113.
Но в реальном училище Панов проучился недолго, так как после смерти матери жизнь
братьев стала очень тяжелой. Взявший их богатый дядя был человеком грубым. Он постоянно
оскорблял детей, попрекал их куском хлеба, отнимал книги и, наконец, выгнал Николая из дома. В
своих воспоминаниях биограф поэта А. И. Яцимирский писал, что Панов «ночевал на берегу Волги
в полуразвалившейся землянке рыбака, питался объедками, приносимыми братом, который жил у
дяди. Неизвестная мещанская семья подобрала голодного и больного мальчика на церковной
паперти и приютила его»114. Через некоторое время юноша попытался поступить в университет, но
помешала внезапная болезнь и незнание древних языков.
В 1877 г. впервые появились в печати его стихотворения в петербургском журнале
«Северные звезды». В 1881 г. при содействии сызранского купца-мецената Я. А. Журавлева,
любившего литературу и заинтересовавшегося произведениями своего земляка, Панов отправился
в Петербург, где сблизился с литераторами и начал печататься в журналах «Игрушечка», «Нева» и
других. Его первая книга «Думы и песни», вышедшая в 1882 г., не имела успеха, хотя и была
положительно оценена стоявшим тогда на демократических позициях критиком «Нового времени»
В. П. Бурениным. Последний считал, что так как Панов «приобрел себе образование, которое
выдвигает его далеко из ряда так называемых самоучек», то и подходить к анализу его
произведений, свидетельствующих о большой эрудиции автора, нужно с «такою же меркой, как и к
произведениям разных современных певцов»115. Действительно, Панов много работал над
расширением кругозора, стремясь восполнить пробелы в своем образовании. Он самостоятельно
изучает иностранные языки, знакомится с трудами А. Шопенгауэра и других философов.
В 1880-1890-е гг. жизнь кидала поэта в разные стороны. В 1882 году он возвращается из
Петербурга в провинцию. Некоторое время служит на сызранском асфальтовом заводе, но,
вступив в конфликт с управляющим, увольняется. Он меняет профессии, города... Литературные
заработки очень малы. Панов живет то в Хвалынске, то в Батраках, то снова в Сызрани. В 1889
году он специально приезжает в Саратов, где встречается с Н. Г. Чернышевским, записывает свою
беседу с ним. В начале 1890-х гг. на средства частного лица был издан сборник «Гусли
звончатые», а в конце десятилетия появился сборник «Зарницы и молнии». В 1891 г. Панов
устраивается корректором в «Сызранском листке объявлений». В эти годы он начинает активно
сотрудничать в «Самарском листке», «Самарской газете», «Волгаре», «Волжском вестнике»,
«Урале» и других провинциальных изданиях. В сентябре 1892 г. Панов приезжает в Пензу, где
становится одним из организаторов Лермонтовской библиотеки и ее первым библиотекарем. В
феврале 1893 г. поэт возвращается в Петербург, который и не покидает до конца своих дней.
Вскоре Панов занимает должность секретаря в журнале «Колосья», где печатает статьи о
писателях,
художественных
выставках,
рассказы,
фельетоны,
стихотворения,
ведет
юмористический отдел «Осы и пчелы».
Юмористические стихи Панова пользовались популярностью у современников. Они
привлекали
читателей
глубиной
мысли,
сжатостью
и
лаконичностью
содержания,
эмоциональностью. Неоднократно возвращался поэт к теме живучести гоголевского типа
Хлестакова, находя в нем черты своих современников. Показательно в этом отношении
стихотворение, напечатанное в 1893 г. в 10-м номере журнала «Колосья»:
Он не последний член собранья –
С участьем даже знаменитых лиц,
Оратор – не без дарованья –
Средь валаамовых ослиц.
Он рыщет всюду волком, ради
Корыстных целей – верный путь,
Иль врет бессовестно в докладе,
Чтоб скрыть растрату как-нибудь...
Иль распинается за вора
Он, жаждой денежной томим,
На все – способности актера.
Жив Хлестаков и невредим!
112 ГПБ. ОР. Архив «Исторического вестника». Оп. 1. Д. 116. Л. 35.
113 ГПБ. ОР. Архив «Исторического вестника». Оп. 1. Д. 116. Л. 36.
114 Исторический вестник. 1906. № 10. С. 292.
115 Исторический вестник. 1906. № 10. С. 293.
В 1894 г. Панов поступает на службу в государственный контроль, чтобы хоть как-то
обеспечить себе более или менее сносное существование. Но деятельность чиновника не
нравилась поэту. В письме к А. И. Яцимирскому он делился своими тревогами: «Служба меня
душит казенщиной, а без службы не обойдешься: есть, пить надо, да я же и не один. Чиновником
сделаться не хочу, да и не сумею: какой я чиновник? Начальство это видит и терпит меня как
литератора, пока главнейший наш начальник по департаменту, тоже литератор А. В. Васильев,
служит и оказывает маленькое покровительство116. Нас, литераторов, пока не гонят. За
дальнейшее поручиться нельзя»117. Через двенадцать лет, в напечатанном 30 августа 1906 г. в
газете «Голос правды» некрологе о Панове автор назовет Васильева в числе самых близких поэту
людей.
В 1890-е гг. Панов работал над монографией о Некрасове и собрал довольно обширный
материал. Предполагаемое название исследования – «Некрасов, его время, жизнь и
деятельность». Издателем, вероятно, должен был быть П. А. Картавов. В его архиве есть расписка
Панова о получении им в 1904 г. 50 рублей в счет за книгу о Некрасове. В одном из своих писем к
писателю и критику А. А. Измайлову Панов рассказывает любопытный эпизод, связанный с
освобождением Н. Г. Чернышевского: «Некрасов, посвящая Боткину поэму «Кому на Руси жить
хорошо», слезно умолял его об этом (освобождении – А. М.); Александр III уважил просьбу Боткина
в благодарность к нему за лечение. Н. Г. Чернышевский знал об этом, но уже после смерти
Некрасова, и не мог о последнем говорить без слез трогательной благодарности»118. В этом же
письме Панов сообщает и о своем намерении организовать лекции-концерты о жизни и творчестве
Некрасова.
Жизнь поэта была тяжелой. Он влачил жалкое существование и сильно бедствовал. Об этом
свидетельствует его переписка и воспоминания современников. Так, в письме к редактору журнала
«Беседа» И. И. Ясинскому 22 марта 1906 г. Панов сообщает, что остался без работы и просит его