крестьян, не желавших отдавать его излишки, а часто и не только их, бесплатно, за одни лишь
обещания лучшей жизни в будущем. После роспуска Учредительного собрания в Самаре
находился ряд его членов, как местных, так и делегированных лидеров эсеровской партии. Они
воспользовались мятежом Чехословацкого корпуса, чтобы объявить о свержении советов и
создании новой власти.
Эсеры при этом руководствовались решениями VIII Совета партии социалистов-
революционеров, определившего своей основной задачей борьбу «за восстановление
независимости России и возрождение ее национально-государственного единства... Главным
препятствием для осуществления этих задач является большевистская власть. Поэтому
ликвидация ее составляет очередную и неотложную задачу всей демократии. Государственная
власть, которая сменит большевиков, должна быть основана на началах народоправства.
Очередной задачей при таких условиях будет возобновление работы Учредительного собрания и
восстановление разрушенных органов местного самоуправления».
Комитет членов Всероссийского Учредительного собрания был сформирован в Самаре еще
до вооруженного выступления Чехословацкого корпуса против советской власти. В него
первоначально входили 5 бывших членов Учредительного собрания: И. М. Брушвит, П. Д.
Климушкин, Б. К. Фортунатов – от Самарской губернии, В. К. Вольский – от Тверской, И. П.
Нестеров – от Минской. Они действовали подпольно, с приближением чехословаков к Самаре
распределили основные посты и наметили помещения для своих будущих учреждений. Мятеж
чехословацкого корпуса способствовал легализации КОМУЧа. По соглашению с Советским
правительством чехословаки должны были разоружиться в Пензенской губернии, но отказались
это сделать. Таким образом от Пензы до Владивостока двигалась мобильная вооруженная армия,
в которую вливались на всем пути белогвардейские силы.
30 мая 1918 г., получив известие о наступлении пензенской группы Чехословацкого корпуса
под командованием С. Чечека на Самару, губревком объявил «г. Самару и Самарскую губернию на
осадном положении». В этот же день был создан боевой революционный штаб, который возглавил
В. В. Куйбышев. Ревштаб призвал самарских рабочих защищать свой город. Рабочая боевая
дружина на 3-4 дня выросла с 400 до 1,5-2 тысяч человек; все коммунисты были мобилизованы.
Самару защищали две группы войск: сызранская на линии Мыльная -Безенчук и самарская у
станции Липяги, разбитая 4 июня 1918 г., где погиб командир отряда М. С. Кадомцев. После этого
бои развернулись у самого города. Общая численность его защитников достигла 3 тысяч человек,
в то время как наступавших легионеров было около 5 тысяч человек. Сосредоточенные на правом
берегу р. Самарки отряды красноармейцев укрепили свои позиции у моста, вдоль берега реки
отрыли окопы, выше, на Хлебной площади и у каменоломни, стояла артиллерия. Эти силы
сдерживали наступавшего противника в течение трех дней. Тем временем из Самары были
эвакуированы советские учреждения, вывезен на пароходе «Суворов» золотой запас в г. Казань –
37499510 рублей золотом и 30 миллионов рублей кредитных билетов.
Утром 5 июня чехи подошли к мосту через реку Самару и начали вести артиллерийский
обстрел города. Куйбышев с группой советских и партийных работников в панике бежал из Самары
в Симбирск, оставив на произвол судьбы красногвардейцев, оборонявших город. Лишь в городском
клубе коммунистов остался небольшой отряд во главе с А. А. Масленниковым и Н. П. Тепловым.
Прибыв в Симбирск, Куйбышев стал вести телефонные переговоры с Самарой, в ходе которых
Теплов обвинил его в дезертирстве. Паникеры вновь решили возвратиться в Самару. К тому
времени ситуация вокруг города еще более обострилась, а потому вернувшийся Куйбышев вновь
бежал на пароходе с красноармейцами полка, прибывшего из Москвы для защиты Самары. Он,
предъявив свои документы, отдал команду об отходе парохода в Симбирск. А. А. Масленников с
небольшой горсткой коммунистов продолжал оставаться в Самаре. В ночь на 7 июня к защитникам
города прибыли подкрепления из Симбирска (450 человек) и мусульманский отряд из Уфы (до 600
человек). Вечером 7 июня последние заменили бойцов, находившихся бессменно четверо суток в
окопах, а в 3 часа ночи 8 июня чехословаки начали артобстрел их позиций, в 5 часов утра
прорвали оборону красноармейцев у железнодорожного моста и вступили в город. В Самаре они
соединились с силами подпольной офицерской организации (до 250 человек), которую еще в
феврале 1918 г. создал полковник русской армии Н. А. Галкин, входивший вместе с эсерами в
штаб подготовки восстания против советской власти. Легионеры также привезли самарских
деятелей КОМУЧа, которых доставили под охраной в намеченную заранее резиденцию – бывшее
здание городской управы.
Итак, белое движение, чехословацкий мятеж и «демократическая» оппозиция объединились
против советской власти 8 июня 1918 г. в Самаре. Цели у них были разные, а враг общий –
большевики.
Первый день занятия Самары чехословаками сопровождался погромами и кровавыми
расправами над большевиками и защитниками города, которые устроили белогвардейцы и
обыватели, пострадавшие от экспроприации советской власти. В плен были захвачены А. А.
Масленников и защитники городского клуба коммунистов. Председатель ревтрибунала Ф. И.
Венцек и зав. жилотделом горисполкома И. П. Штыркин были схвачены возле клуба коммунистов и
отправлены в комендатуру под конвоем чешских солдат. По пути на углу Заводской и Троицкой
(современных Венцека и Галактионовской) улиц они были отбиты и растерзаны толпой. У здания
окружного суда избили и затем застрелили рабочего Тимашевского сахарного завода, большевика
А. Алеева. На берегу р. Самарки были убиты не успевшие покинуть позиций красноармейцы. На
улицах, площадях города расстреляли коммунистку М. Вагнер, одного из организаторов
красногвардейских отрядов Шульца. В гостинице «Националь» убили комиссара Елагина; в
железнодорожном госпитале выявили и расстреляли несколько красноармейцев. Расправа над
пленными коммунистами, советскими работниками, красноармейцами грозила перерасти в
кровавую вакханалию обиженных и ущемленных революцией. Комитет и чехословаки попытались
обуздать погромщиков. На другой день приказом № 6 КОМУЧа от 9 июня 1918 г. было объявлено
«о преследовании погромщиков и призывающих к возбуждению национальной вражды... Виновные
в нарушении приказа преследуются... погромщики расстреливаются на месте». Однако, наведение
порядка на улицах города еще не означало прекращения преследования инакомыслящих.
Самарская тюрьма в первые дни была переполнена арестованными защитниками города, к
которым затем добавились выявленные коммунисты, а также выступавшие против наступления на
их социальные права рабочие. Часты были случаи, когда арестованных не доводили до тюрьмы,
объясняя расправу с ними «попыткой к побегу».
Стратегическая обстановка для чехов и КОМУЧа после захвата Самары стала еще более
благоприятной. Создавались перспективы для продвижения их отрядов вверх по Волге. В июне
состоялось совещание командиров чехословацких частей, на котором по настоянию
представителей французского командования Гине, Жанно и Комо обсуждался вопрос об эскалации
боевых действий в Поволжье и в Сибири. Тем самым ставилась цель – лишить советы заволжского
хлеба, планировалось захватить золотой запас Советской Республики и освободить царскую
семью. Успешное взятие Ставрополя, Сызрани, а затем и Симбирска было осуществленно
благодаря умелым тактическим действиям полковника В. Каппеля. В его отряд наряду с белыми