подавляющем большинстве убыточны и дотировались государством. В нашей области таких
убыточных хозяйств насчитывалось 38. Теперь и в сельском хозяйстве правительство стало
поощрять организацию арендных предприятий и фермерских хозяйств, при сохранении
государственной собственности на землю. В 1989 г. в нашей области таких хозяйств было немного:
9 Тагирова Н. Ф. Экономика Самарской области в 1985-1995 гг.//Самарская область (география и история, экономика и
культура). Учебное пособие. Самара, 1996. С. 309.
8 полностью арендных и 250, арендовавших у колхозов отдельные производства. Правовой статус
их не был точно определен. Законы «Об аренде», «О земле» долго обсуждались, но не были еще
приняты. Постепенно фермерское движение все же росло. В 1991 г. в области был 851 фермер,
обрабатывавший в среднем по 36 га земли. Об одном из них газета «Волжская коммуна»
рассказывала: М. Н. Моржанов – арендатор земли совхоза имени Куйбышева Красноармейского
района. Он один управлялся на пропашном клине в 700-800 га и получал урожай вдвое выше, чем
в совхозе. Автор оригинальной технологии М. Н. Моржанов говорил в заметке не столько об
успехах, сколько о большом числе трудностей, с которыми он сталкивался в своей работе. И статья
в газете называлась: «Освободить крестьянина от пут». Работать фермерам было чрезвычайно
тяжело: землю они арендовали у колхозов и совхозов, технику купить или получить под проценты в
кредит было чрезвычайно дорого. Вот и сетовали многие земледельцы: землю раздадут, а дальше
что? Как жить в условиях сервисного вакуума, без поддержки? Да и психологически не так-то легко
преодолеть не всегда доброжелательное отношение к фермерам со стороны колхозников. 1990-
1991 годы – тяжелый период для сел области. Дележ земли сам по себе не мог не отразиться на
сельскохозяйственном производстве. А если еще учесть, что в это время для колхозников
сохранялся государственный заказ, забиравший до 70% и выше прибыли, то вполне понятным и
объяснимым станет такой факт: в течение 1991 г. поголовье скота в области сократилось на 8%,
уменьшились и сборы хлеба. 1991 г. знаменовал начало длительного спада сельскохозяйственного
производства.
Кризисные явления в экономике области становились все заметнее. Но не все было так
беспросветно в нашей жизни. На предприятиях области шла конверсия военного производства,
был освоен выпуск 200 новых видов товаров: малолитражных автомобилей «Ока», бытовых
стиральных машин «Самара», механических сепараторов, различных видов мебели и т. д.
Продукцию стали производить кооперативы и люди, занимавшиеся индивидуальной трудовой
деятельностью. В 1987 г. в области было зарегистрировано 295 таких человек и 160 кооперативов.
Они производили товаров и услуг на сумму в 3 млн. рублей. К 1990 г. число кооперативов возросло
более, чем в 10 раз (1700), и давали они продукции и услуг уже на 112,9 млн. руб. Среди первых
областных кооперативов – «Эврика» по изготовлению кожгалантереи и бижутерии, «Тольяттинские
мастера» – по пошиву детской и молодежной одежды и т. д. Создавались даже школьные
кооперативы. Газеты писали об одном из них: учащиеся школы № 22 города Самары организовали
кооператив по производству стульев для детских садов, крупногабаритных шахмат, сувениров и т.
д. В этом кооперативе было занято 300 школьников.
Но и в кооперативном движении не обошлось без просчетов. Часть из них держалась просто
на спекуляции. Пресса рассказывала о деятельности кооператива «Свежесть». В Самарском
районе областного центра он скупал у садово-дачных товариществ, отдельных земледельцев
овощи, фрукты, а затем, здесь же, перепродавал их по более высокой цене. Промышленные
кооперативы тогда создавались на государственных, практически бесплатных площадях и всю
полученную от работы выручку переводили на заработную плату. Так шла перекачка безналичных
денег в наличные: только в 1989 г. кооперативами области было выдано в виде зарплаты 180,5
млн. рублей, а в бюджет области в виде налогов переведено лишь 16 млн., т. е в десять раз
меньше. Кооперативные «перекосы» также усиливали социальное и имущественное расслоение в
обществе. По данным областного комитета КПСС за 1990 г 21% городских и 34% сельских семей
имели среднедушевой доход менее 100 рублей в месяц при средней зарплате в 232 руб.
«Лакмусовой
бумажкой»,
проявившей
неудачи
экономических
преобразований
коммунистического правительства во главе с Н. И. Рыжковым, стало падение в стране
промышленного и сельскохозяйственного производства. С конца 1989 г. экономисты стали
говорить об экономическом кризисе. Началось абсолютное снижение объемов производства.
Каждое четвертое предприятие страны не выполняло договорных обязательств. Дефицит
государственного бюджета (т. е. превышение расходов над доходами государства) составил 92
млрд. рублей (или 10% от валового национального продукта). Что несет с собой этот
экономический термин – «абсолютное снижение объемов производства»?
Во-первых, сокращение производства означает уменьшение отечественных товаров
народного потребления в магазинах и рост количества дефицитных товаров. В городах области в
это время нормировано (по талонам) распределялись сливочное масло, крупы, мясные изделия,
моющие средства, винно-водочные изделия. Но перечень дефицита возрастал в геометрической
прогрессии. Народная присказка «За то, что мы без хлеба и носков, огромное спасибо вам,
Рыжков» точно выражала настроение и отношение людей к тому, что происходило в стране.
Во-вторых, спад производства имел и далеко идущие последствия – появление и рост
безработицы, неполный рабочий день на предприятиях. В областной экономике, как части единого
народнохозяйственного комплекса, отражались все болезненные явления хозяйства страны.
Годы перестройки были годами большой политической активности нашего народа. Каждое
экономическое решение правительства находило живой отклик и обсуждение общественности. В
области в эти годы проходили многотысячные митинги против консервативного партийного
руководства, за возвращение городу Куйбышеву его исторического имени. Мощную волну протеста
вызвало начавшееся в городе Чапаевске строительство завода для уничтожения химических
снарядов, которые предполагалось свозить со всего Советского Союза. Помимо простого
загрязнения окружающей среды (а в области ежегодно выбрасывалось в атмосферу 443,3 тыс.
тонн вредоносных веществ), завод мог нарушить экологическое равновесие, которое еще еле-еле
удерживалось в городе. В результате активных общественных действий трудящихся строительство
этого завода было отменено. Забастовочное движение росло по всей стране. Отдельные
республики и регионы стали выступать за политический и экономический суверенитет.
Журналисты окрестили это время «парадом суверенитетов». А в правительстве и ЦК КПСС
продолжалось обсуждение дальнейшего хода реформ. Заканчивалась 12-я пятилетка. Результаты
ее были неутешительны. Всем было ясно, что программа перестройки и ускорения социально-
экономического развития страны, официально принятая XXVII съездом КПСС, провалилась.
Правительство впервые при обсуждении планов на 13-ю пятилетку выдвинуло идею о допущении в
социалистическую (читай государственную) экономику рыночных (читай частных) элементов -идею
социалистического рынка. Общество заспорило: на сколько, в каких сферах экономики можно
допустить частную собственность. Социологи опрашивали население Спектр мнений был
различен – от категорического отрицания до полного одобрения и восторга. И это не случайно,
ведь приходилось отказываться от того, на чем держались с 1917 года последние семь