Он еще о чем-то подумал, потирая небритую щеку.
– А может, русская душа не может без этих вопросов? Другая может, а наша нет? Сами себя терзаем ими, мучаемся, мучаемся… Мы сами себя понять не можем, чего ищем, чего хотим. А уж другим нас понять вообще невозможно…
Петро допил свой стакан, откинулся на спинку инвалидной коляски и прикрыл глаза.
– Знаешь, о чем я думаю, монах? Собрать бы всех нормальных мужиков и баб – со всей земли нашей – ученых разных, работяг, башковитых людей, кто мозги не пропил и совесть не потерял. Да придумать такую подводную лодку, чтобы посадить их всех туда, нырь! – и нетушки нас. Как, куда? А нас нету нигде! Мы в другом месте новую жизнь начнем строить. Не знаю где: под водой, под землей – но так, чтобы никто не знал, куда мы испарились. А потом снова нырь! – и Русь воскресла, когда над ней поминки справлять будут. Во хохма будет! Вот обхохочемся мы тогда со всех умников! Не зря Иван–дурак умнее всех оказывался, не зря! Веришь, что такое чудо возможно?
Мишка улыбнулся, ничего не ответив.
– Что, монашек молодой, слабо в такое поверить? – Петро смотрел на него, прищурив глаза. – Думаешь, по пьяной лавочке чушь несу? Нет, я правду говорю. Вот в это чудо я как раз верю.
Он повернулся в сторону кухни, где слышался звон посуды, и позвал:
– Ксюшка, а ну выглянь сюда!
Оксана отодвинула простенькую деревенскую занавеску, которой была отгорожена кухня от главной комнаты, и выглянула, смущенно улыбаясь.
– Опять шуточки?
– Да не шуточки, доця. Хочу попросить тебя: своди гостя нашего вечерком к озеру на Игнатовку.
– Ага, аж побежала! – тут же возразила Оксана. – Пусть кто-нибудь другой идет. Да и гостя нечего таскать.
И снова скрылась за занавеской. Мишка с удивлением взглянул на Петра:
– Чего это она? О чем?
Петро хохотнул и почесал затылок.
– Да хотел, чтобы тебе одну заковыку показали. Может, тогда поймешь, об чем это я. Есть тут озерцо у нас. Так себе озерцо. Иное болото в лесу поболе будет. Да не об том речь. Озерцо то на возвышенности стоит.
– Ну? – с еще большим недоумением посмотрел Мишка.
– Баранки гну! Ты не торопи меня, а вникай лучше. Говорю тебе, что озерцо то наверху. Кумекаешь, монах? Все речки да речушки, как и подобает их природе, внизу текут и собираются в разные озера, а это озеро вроде как само по себе…
– Ну? – Мишка никак не мог понять, к чему клонит захмелевший Петро.
– Опять баранки гну! Ты как не русский, монах. Говорю тебе, чудаку, озеро это наверху, а все другие речки и озера внизу, по законам природы. Откуда это озеро взялось – никто толком не знает и объяснить не может. Даже писали про него в каком-то научном журнале. Только давно. Ученые приезжали, ходили вокруг, головами качали. А потом говорят: «Такого не может быть». И уехали свою статью писать.
Посмотрев в пустые, ничего не выражающие глаза Мишки, Петро налил в оба стакана.
– Я вижу, без ста грамм ты туго соображаешь. Давай!
Они чокнулись и выпили. Закусив квашеными грибами, Петро продолжил:
– Скажи-ка мне, мил человек, что строили в старину на возвышенных местах?
– Церкви, конечно, – тут же ответил Мишка.
– О! Подействовало! – обрадовался Петро. – Теперь кумекаешь, об чем это я тебе рассказываю? Стояла там когда-то красивая такая церковь. Красивая, с куполами, колоколами. На всю округу тот звон слыхать было...
– Да не про церковь вы рассказывали, дядька Петро, а про озеро какое-то, – попробовал уточнить Мишка.
– Это теперь там озеро. А раньше, при царе горохе, когда людей были крохи, стояла церковь. Народец в здешних местах веками живет. Ну и поставили они церковь.
– А озеро? Озеро причем? – недоумевал Мишка.
– А притом, что оно появилось на месте церкви! Есть такая не то легенда, не то сказка, не то быль. Подошли к деревне татары, окружили со всех сторон. Куда народу деваться? Некуда! Верная смерть всем. И тогда вошли все, кто в деревне остался, в ту церковь – и стар, и мал. Стали молиться. И тут церковь раз! – и нету ее. Словно растворилась. Провалилась под землю. А на ее месте озеро появилось. Татарва ворвалась, а народец – тю-тю!
Петро вопросительно посмотрел на Мишку, ожидая его реакции. Но вместо этого Мишка положил себе немного грибов и тоже стал закусывать, по-прежнему мало что не понимая.
– Ну и что с того? Мало ли чего говорят? Я тоже слыхал про святой град Китеж. Кто-то от кого-то там бежал. Так не то что церковь, а вся деревня, целый город ушел под землю ушел. Или под воду… Не помню.
– Не знаю, чего ты там слыхал и от кого, а я тебе истинную правду говорю. Ушли люди, как на подводной лодке, на самое дно. А дно там, скажу тебе, о-го-го! Ни конца, ни края! Пробовали смельчаки разные нырять, посмотреть, что там, на дне. Всем ведь интересно. Даже водолазы были. Приехали вместе с учеными. Хотели какой-то аппарат специальный туда опустить, вроде телевизора. Да без толку все.