22 августа 2005 год
– Нейт, я уже взял билет на завтрашней вечер в Нью-Йорк, да и что мне делать в Стокгольме, прошлогоднюю конференцию твоего отца мы провели почти всю в барах Мюнхена, – саркастично добавил я, – Я хотел подготовиться к научной конференции, все-таки не так легко быть лучшим студентом на факультете инженерной физики Стенфорда.
– Бернард, ты опять за свое, да и твоя учеба уже вся оплачена моими родителями до последнего курса плюс запасной год, - закатив глаза, ответил Нейт.
– Типичный ответ человека с факультета международных отношений, – легко ударив в плечо Нейта, сказал я. – Ты собрал вещи? Через полчаса у вас самолет, а у Беатрис высокая температура, тебя точно ждать не будут, переплет и переезд и так обещает быть сложным.
Пока Нейт собирал чемоданы, я почитал новости с новой платформы Фейсбук, мы поболтали о планах в университете, девушках и вечеринках. Натаниэль с сестрой и родителями улетали из аэропорта Неаполя, я же еще одну ночь наслаждался запахом апельсинового дерева и ярким звездным небом Капри в их поместье. Я попрощался с семьей Нейта и с ним, это объятие было каким-то особенно теплым и радушным, для меня они стали почти как родная семья, которой у меня больше нет. Хотя мы должны были встретиться вновь уже через месяц, прощание выдалось на редкость какое-то долгое. Когда они уехали, я решил хоть немного почитать книгу, которую взял с собой – «Осень патриарха», затем проверил расписание на следующий семестр, добавил пару занятий, смежных с факультетом Нейта, он точно не поставил бы себе прикладную математику или квантовую физику.
С семьей Нейта я знаком уже около десяти лет с момента моего успешного попадания в школу Ross Private School, а после в The Storm King. В отличии от Нейта, я был зачислен как один из самых сильных и одаренных детей, а он как мальчик из успешной семьи, я, правда, долгое время, как и наши одноклассники, думал, что он как и я попал по гранту для одаренных детей. Нейт не ездил на автомобиле с водителем, за ним не ходила охрана, он носил обычную одежду, как и я гонял на метро и автобусах, ел в обычных забегаловках. Единственное, что его отличало это проживание в престижном районе Нью-Йорка, хотя их квартира была комфортная, но весьма обычная. Узнал я, что Нейт «золотой» мальчик случайно, увидев репортаж про его родителей по телевизору.
Зазвонил телефон.
– Бернард, Беатрис совсем плоха, температура снова повысилась. Мама сомневается, что она сможет нормально долететь до Стокгольма, поэтому сестра возвращается с водителем в поместье. Прошу, проследи за ней сегодня, завтра утром позвони, пожалуйста, няне, она успеет приехать к твоему отъезду, - напряженно проговорил Натаниэль, на заднем плане уже был слышан гул их частного самолета.
– Да, конечно без проблем, я прослежу за ней, – ответил я.
– Спасибо, Берн, обнял – бросил Нейт и положил телефон.
На кухне нашел я несколько жаропонижающих и витамин С. Беатрис привезли через час. Она уснула в машине, и я решил сразу отнести ее в спальню. Снял обувь, верхнюю одежду и укрыл одеялом, дотронувшись до лба почувствовал жар, но будить не стал. Перенес ноутбук и книги в соседнюю комнату и продолжил просматривать почту и заполнять расписание. Через несколько часов зазвонил домашний телефон, было очень поздно, я подумал, что скорее всего миссис Шепард интересуется состоянием Беатрис.
– Да, - ответил я.
– Это поместье Шепард? С кем имею честь бесесдовать? – ответил незнакомый голос на той стороне провода.
– Да, это поместье Шепард. Бернард Маркс - друг семьи. Что Вы хотели в столь поздний час? – немного раздраженно ответил я.
– Вас беспокоит служба безопасности аэропорта Неаполя. Примите наше соболезнование мистер Маркс, самолет семьи Шепард разбился у Альп около часа назад. Эти данные мы получили из службы спасения Италии на запрос об исчезновении борта с радаров. – Произнес молодой человек с дрожью в голосе. – Все члены экипажа, состоявшего из пяти человек, мистер и миссис Шепард, а также их дети Натаниэль и Беатрис - погибли.