Герберт встретился с Игрейной на одной из потайных лестниц замка, о существовании которой ни Алиас, ни Корвин не знали. Игрейна тщательно осмотрела его со всех сторон и удовлетворенно кивнула.
— Очаровательно. И локоны тебе очень к лицу. А зачем родинки?
— Это называется moucheron, — Герберт кончиком пальца дотронулся до крохотных бархатных кружочков на левой щеке и на шее.
— А-а, вспомнила. Но едва ли Корвин знает их значение, — Игрейна лукаво улыбнулась. — Зато кое-кто из эльфов может заинтересоваться.
— Всё продумано, — Герберт показал ей крохотный пузырек. — Это подействует только на Корвина. По крайней мере, я очень надеюсь, что больше на балу не будет ни одного полукровки с такой родословной, как он.
Ирис вошла в бальную залу под руку с Алиасом. Это не было уступкой. Накануне ночью целительнице приснился сон, который она расценила, как вещий. На балу произойдет слишком много странных событий. Они с мужем должны быть вместе.
Первые пары уже танцевали под медленную музыку. Как хозяин бала, Алиас вынужден был к ним присоединиться. Ирис отыскала глазам Игрейну. Та кружилась с Аланом.
— Эльфы надеются на возвращение Джарета.
— Я тоже, — Алиас старательно избегал своих отражений в многочисленных зеркалах. — А где Корвин?
Ирис движением руки указала в дальний угол зала. Принц беседовал с группой гномов.
— Вчера Ториус прислал мне целую бутылку живой воды из своего источника. Он никогда не делает подарки просто так. Тролли хотят, чтобы ты остался королем гоблинов. И гномы наверняка поддержат их. Боюсь, что Ториус готовит тебе ловушку. Из самых лучших соображений, разумеется.
— Я постараюсь не попасться.
Пользуясь преимуществами маски, Алиас незаметно рассматривал гостей. Большую часть составляли эльфы. Разумеется, танцы — их любимое развлечение, но Алиас не помнил, чтобы на балы короля гоблинов собиралось так много сияющих. Среди них Драккони заметил своих коллег по магии — Дэниса и Эдвина. Вот это уже действительно настораживает.
— Ты чувствуешь ожидание? — Ирис сжала руку мужа. — Оно разлито в воздухе.
— Ничего плохого не произойдет. Мы же в Лабиринте.
Мимо них промелькнула очень красивая пара. Темноволосый эльф из свиты Алана, а с ним стройная высокая девушка со светлыми роскошными локонами. Ее улыбка показалась Алиасу знакомой. Он присмотрелся внимательнее. Причудливая маска в пол-лица, пышное платье, сильно утянутое в талии, эльфийская косметика, длинные шелковые перчатки… В завитках волос девушки сверкнула бриллиантовая искра крохотной сережки.
— Это же Герберт!
— Ну и что? — Ирис засмеялась. — Пусть развлекается. Маскарад для того и предназначен.
— Он распорядитель бала, а не шут, — прошипел Алиас.
— Ты ведь не ревнуешь?
— Нет, — Алиас спохватился, что слишком пристально смотрит на переодетого вампира. — Нет, но это не к добру. Он что-то затевает.
— Как знать, — Ирис поджала губы.
Музыка вдруг смолкла. На долгую секунду все замерли, а затем по зале пронесся порыв свежего холодного ветра. С потолка посыпался пушистый легкий снег. Оркестранты ожили и заиграли. Метель подхватила мелодию вальса, закружилась между танцующими. Послышались восхищенные возгласы, гости смеялись, ловя снежинки.
— Как ты это сделал? — Ирис подставила ладонь под прохладные хлопья.
— Это не я, — Алиас принюхался. Метель пахла знакомой магией.
Темп вальса убыстрился. Снег вспыхивал цветными искрами. Всё слилось в бешенной круговерти и оборвалось. Снег таял на разгоряченных лицах и плечах. А в центре зала, где в последний раз закрутилась метель, осталась стоять белоснежная фигура в плаще из совиных перьев и такой же маске. Не сговариваясь, все гости склонились в поклоне.
— Джарет… — эхом прокатилось по залу.
Алиас прислонился к стене. От огромного облегчения он не чуял под собой ног. Джарет взмахнул рукой, как дирижер. Оркестр заиграл такую веселую музыку, что не смогли устоять даже гномы. Только Алиас отошел к столикам с угощением. Он вдруг ощутил зверский голод. О боги, неужели всё закончилось, и он свободен?!
Жуя тройной бутерброд, Алиас с умилением смотрел, как король гоблинов кружит счастливо смеющуюся Игрейну, потом — Герберта. Вампир что-то быстро говорил ему на ухо, и со стороны это выглядело весьма пикантно. Руки Герберта лежали на плечах Джарета, а тот обнимал его, почти прижимая к себе. Алиас прищурился. В движениях Джарета была непривычная скованность. Впрочем, это объяснимо, он ведь столько времени пролежал без движения.
— Недолго продлилось твое правление, Алиас, — рядом с некромантом оказался Алан.
— И я этому рад.
— Правда? А я уже не уверен, что рад возвращению Джарета. Как и в том, что это действительно мой брат. Снег был настоящим. И взгляни на это, — он указал вверх.
Алиас поднял голову. Под самым потолком распускались цветы. Их длинные стебли извивались под музыку, сплетаясь между собой.
— Они более материальны, чем простая иллюзия. Нетипично для Джарета, не находишь?
— Эпатаж — его отличительная черта, — Алиас не чувствовал ни малейшего привкуса беды.
Алан небрежным жестом поправил маску, задержав руку у левого глаза. В его пальцах что-то пряталось. Круглый камешек с дыркой? Алиас подавил непочтительный смешок. Он и подумать не мог, что фейри пользуются этим детским приемом.
— Чем проще, тем надежнее, — Алан спрятал камешек в карман. — Очень странно, но всё подтверждает, что это действительно он. Какой-то абсурд.
— Почему?
— Я допускал, что Джарет может появиться на балу. Это в его стиле, — Алан рассеянно взял с подноса кисть винограда и принялся общипывать ее, роняя ягоды на стол. — Но ожидал, что придется искать его под масками, среди иллюзий. Что именно ради этого ты и затеял маскарад. Но его наряд — это настоящий плащ-оборотень. Очень старая магия, я даже не предполагал, что Джарет ею владеет.
Алиас дипломатично пожал плечами. Джарет — это Джарет. С ним никогда и ни в чем нельзя быть уверенным. Танец закончился, все зааплодировали. Тут же, без перерыва зазвучал новый вальс. Дамы оживились, наступил их черед выбирать партнеров. Вопреки бальному этикету к Алиасу подошла Ирис.
— Не откажешь?
Он с радостью позволил увести себя от Алана. Но и танцуя, Алиас старался следить за королем гоблинов. Как и многие в зале.
— Это не иллюзия, — Ирис по-своему расценила внимание мужа к фигуре в совином плаще. — Я с ним танцевала только что. Это действительно Джарет.
— Он переполнен магией до такой степени, что вынужден постоянно сбрасывать излишки, — Алиас поднял голову. Цветы плавно меняли форму — они сплетались и образовывали фигуры оленей, волков, рысей. Он видел таких в старинных рукописях кельтов. — Откуда столько силы, ведь совсем недавно Джарет был полностью истощен?
— Ходят слухи, что Лабиринт — живой. И что Оберон в давние времена заключил с ним какой-то договор. А Джарет — сын Оберона. Возможно, они с Лабиринтом тоже общаются. И сила — оттуда.
Алиас покачал головой. После того, что натворил Джарет, едва ли Лабиринт будет делать ему столь щедрые подарки, даже при условии частичной потери памяти. Алиасу хотелось подобраться ближе к Джарету, но музыка постоянно разводила их. Поглощенный наблюдениями, некромант совершенно забыл о своем намерении приглядывать за учеником.
Корвину бал сначала понравился. Особенно ему пришлось по сердцу уважение, которое ему оказывали гости. Но потом возник Джарет, и к бывшему принцу все потеряли интерес. Впрочем, Корвин быстро сообразил, что теперь учитель снова сможет уделять ему всё свое время и повеселел. Раздражала его лишь необходимость постоянно держаться настороже. Герберта среди танцующих Корвин не замечал, и это тревожило сильнее всего. Врага следует держать в поле зрения.
— Разреши тебя пригласить? — промурлыкал приятный голос рядом с ним.