- Нет, милая, там будет много народу, они могут испугаться, - объясняет Ари.
- Ну холошо, тогда мне нужно с ними обняться перед уходом.
- Боюсь, Шарик спрятался где-то в доме, обнимаемся, когда приедем, договорились?
- Ладно, тогда позову Фолика. Фолик, Фолик, иди сколее сюда, - кричит, присев на тропинке у крыльца. А когда тот довольный несется к ней с другого конца двора, подбадривает друга, смеясь: - беги Фолест, беги. - А затем крепко его обнимает и смеется, а тот терпит, конечно, и лижет ее в ответ.
Мы с женой, множество раз наблюдавшие эту картину, переглядываемся и тоже заливаемся счастливым хохотом. Потому что это и есть самое настоящее счастье! Дом, семья и какая-то особенная, сильная и в то же время нежная, любовь, что живет в моем сердце с тех самых пор, как в моей жизни появилась хрупкая девочка с веснушками. Самая необычная девочка на свете. Уникальная. Моя.
*****
- Как хорошо, что вы построили такую красоту, - очередной раз восхищаюсь я «Зеленым кварталом», аналогов которого нет в нашем городе. Это отдельный мирок – чистый, аккуратный, ухоженный, без пестрых безвкусных вывесок, с прекрасными детскими площадками, безопасными дворами, большой школой, своими грядками и даже небольшим прудиком. Рядом с которым сегодня проводятся танцы, как те, что иногда устраиваются в центре города.
- Потанцуем, веснушечка? – спрашивает кот, обняв со спины и разместив ладонь на моем животе.
- Втроем? – имею в виду Катюшу, что держу за ручку.
- Можно и втроем, а вообще родители тоже пришли, - указывает взглядом чуть левее. Обрадовавшись, машу Григорию Львовичу и Нелли Сергеевне. С ними у меня замечательные отношения, они приняли меня как родную, а Катюшу и вовсе обожают. И судя по тому, как она понеслась к деду в объятия, это взаимно много-много раз.
Лев берет меня за руку и ведет на маленький танцпол. Я по-прежнему не сильна в танцах, но медляки с мужем люблю всем сердцем.
- Вспомнил, как ты однажды выручила какого-то бедолагу в парке, и сама пригласила его на танец, - для места, набитого детьми под завязку, Лев непозволительно интимно прижал меня к себе. У меня дыхание сбивается и мурашки разбегаются по телу от его, слава богу, приличных поглаживаний по спине.
- Да, я тоже вспомнила этот момент, - поглаживаю затылок мужа. - Интересно, как у него дела? Надеюсь, он счастлив!
- Я тогда ужасно восхищался и гордился тобой и… собой.
- А собой почему? – возмущаюсь я.
- Потому что ты была со мной. Это я проводил с тобой время, обнимался, гулял и занимался оху… офигенным сексом. Такая неравнодушная, талантливая, красивая и меня выбрала, понимаешь?
- И все равно потом накосячил, - деланно дую губы, потому что никаких обид во мне, конечно, не осталось. Мы были молоды, неопытны и оба в какой-то степени неправильно себя вели. С тех пор Лев очень повзрослел, стал настоящим мужчиной, достойным своего отца. Он замечательный папа и лучший муж. Я тоже сильно изменилась, во мне больше нет предрассудков по поводу своей внешности и своих способностей. Когда любишь себя безусловно, расцветаешь внутри и снаружи. Наполняешься жизнью, энергия бьет ключом, люди вокруг замечают твой свет и тянутся к нему.
Во время декрета я все-таки открыла арт-студию, в которой есть несколько залов для съемок, есть пространство для проведения разных мастер-классов, как творческих, так и спортивного направления вроде танцев или йоги, иногда здесь устраиваются тематические камерные вечера. Место получилось уютным и светлым, я вложила в него всю душу. Лев очень поддержал меня в этом деле не только финансово, но и физически, ведь первые залы мы красили и декорировали собственными руками. Я хотела, чтобы студия была наполнена моей энергией, поэтому настояла на личном участии.
- Знаю, признаю, накосячил тогда жестко. Но я же исправился? Да, веснушечка? – сжимает мою попу. И смотрит так серьезно, будто сомневается, что может быть иначе.
- Лев, да я же шучу, ты чего? Ты мой самый любимый! Но, пожалуйста, убери руку с моей попы, здесь же полно детей и их родителей.