- И умная девочка отказалась. Я так ею горжусь!
Только тогда Баден смог спокойно вздохнуть.
- Расскажи ужасную часть.
- Ну. Люцифер назначил цену за ее голову. За ней началась охота.
Она в опасности прямо сейчас?
- Почему мы все еще говорим? Перенеси ее ко мне.
- Поразительно. Неудивительно, что она тебя оставила. Ты считаешь свое мнение единственно верным. - Усмешка Кили посрамила ухмылку Галена, холоднее льда. - Удачи тебе с этим.
Спустя секунду, Кили и Гален исчезли... и появилась Катарина.
Облегчение накрыло его, смыв весь гнев. Даже Разрушение успокоился. На ней не было ни порезов, ни синяков, и все конечности остались при ней.
Однако, очевидно, что гнев остался. Ее взгляд встретился с его и пронзил насквозь.
- Ты!
- Я. - Баден сделал шаг по направлению к ней, но она взяла кинжал с тумбочки, чтобы его не подпустить. Он бросил свое оружие, и отзвук ранесся по всей спальне. - Где наши собаки?
- Мои собаки с Кайей.
- Они мои точно также, как ты. Хотя я не приказываю об этом. Просто надеюсь.
- О, нет! Ты не...
- Мне жаль. Очень жаль. Я скучал по тебе каждой клеточкой тела, Катарина. Твое мнение имеет значение. Я буду защищать его ценой собственной жизни.
Она подняла подбородок и помахала кинжалом.
- Перебьешь меня снова и увидишь, что произойдет. Рискни.
Его пронзила вспышка похоти, полностью подавив гнев. Ее нежелание отступить... ее показная сила перед лицом опасной ситуации... "моя прекрасная женщина".
- Я могу о себе позаботиться, - сказла она. - Сегодня я это доказала.
Баден со скрипом признал эту правду.
- Я тебе не нужен. - Она может выжить без него. Может процветать без него. - Но ты все еще меня хочешь, я это докажу. - Он обхватил свою растущую длину и шагнул к ней. - Если ты мне позволишь. Пожалуйста, позволь мне.
- Нет. - Дрожь в голосе выдала ее. - Нет!
Он сделал к ней еще один шаг.
- Я умоляю, Рина. - Баден произнес слова с рваной интонацией. - Порань меня, если хочешь. Сделай больно. Но займись со мной любовью. Я без тебя ничто.
Ее глаза сверкнули.
- Как долго этот милый мужчина останется со мной?
- Навсегда.
- Потому что ты все еще ждешь вечности, несмотря на мои слова? - прошипела она, размахивая кинжалом. - Идиот! Ты прав. Я все еще хочу тебя. Ты заставляешь мое тело страдать от голода.
Ее признание сделало его член твердокаменным, и головка показалась над поясом штаном, на кончике выступила капелька предсемени.
Катарина добавила:
- Но также ты заставляешь мой разум тебя презирать.
С этим можно работать.
- Я сделаю все, что ты потребуешь. И, если ты мне позволишь, я заставлю твое тело насытиться, а разум простить. Мне просто нужен шанс.
Она бросила кинжал на пол.
- Да первому, и никогда последнему. Что мне от тебя нужно? Чтобы ты помнил, оргазм ничего не значит и не станет вторым шансом. Это секс из ненависти, ничего более. Последний раз. Прощальный. Тема закрыта.
Пока она говорила, Баден сорвал футболку, расстегнул шатны и стянул матриал с ног.
- Не прощальный, - сказал он. - Ты делаешь свой выбор, а я делаю свой. Я последую за тобой на край земли.
- Ох, определенно прощальный. - Ее движения были резкими, пока Катарина снимала с себя одежду. - Все преследователи будут расстреляны на месте.
Часть его скучала по невинному человеку, которого рвало при виде крови, который умолял его не совершать насилия. Но он радовался ее храбрости.
- Ты не единственная, чье тело страдает от желания, Рина. - Его боль стала сильнее, пока он взглядом пожирал ее. Розовый румянец на ее коже. Пышная грудь с темными вершинками. Плоский живот и сексуальный пупок. Бедра в форме сердца и крошечный треугольник темных завитков. Эти длинные, бесконечные ноги.
Нет женщины более совершенней.
- Если ты закончил осмотр, - сказала она сухо.
- Пока.
Он двинулся вперед, медленно и целенаправленно. Уверенно. Баден истосковался по ней и не собирался пугать.
Она отступила, стараясь сохранить небольшую дистанцию. Не потому что испугалась, он видел в ее глазах не страх, а расчет. Женщине нравилось его дразнить. Катарина планировадла заставить его добиться ее.
Он будет наслаждаться каждой секундой.
Предвкушение подталкивало его, он чуть свернул вправо, отправляя ее к зеркалу в полный рост, стоящему в углу. Катарина ахнула, как только ее спина коснулась холодного стекла, и этим обрадовала Бадена. Он ринулся вперед, схватил за плечи и развернул лицом к ее отражению. К их отражению.
Разрушение уже был ею покорен.