- Еще один приказ, - сказала она, подняв бровь.
- Как я уже сказал ранее, дворняги не заменят тех, кого ты потеряла, но потеря одного не отменяет необходимость в другом.
Мудрые слова. И действительно, в глубине души... погребенное под страхом потерять... жило желание поработать с собаками и подарить всю любовь, какую она может дать. Любовь, которая им необходима. Которую они, вероятно, никогда не знали.
Вероятность. Быть. Укушенной? Твердые сто процентов. Один из псов уже пытался укусить человека, его инстинкты говорили сначала атаковать, а потому же поверить... если поверить. Он нуждался в помощи также сильно, как и в еде. Новое окружение, с новыми людьми и запахами, могло внушить страх, и перепуганные собаки начинали кидаться. Не все люди относились с пониманием, терпением или хотя бы состраданием.
- Хорошо, - сказала она, вздохнув. - Я сделаю это.
Облегчение читалось на лице Бадена.
- Нужно купить намордник...
- Нет. - Катарина твердо покачала головой. - Никаких намордников без крайней необходимости.
- Да, - настаивал он. - Не стоит рисковать быть укушенной.
- Я решу, что стоит риска.
- Наши отношения строятся на другом, - напомнил Баден ей так, словно разговаривал с ребенком. - Я генерал, а ты скромный солдат. Я приказываю, ты исполняешь.
- Для моей безопасности, бла бла бла. Ну, этот скромный солдат поступает по - своему. Тебе остается только смириться.
- Спасибо, спасибо, тысячу раз спасибо! - хлопающая в ладоши, Эшлин прыгала вверх и вниз. - Собаки заперты в одной из спален на нижнем этаже. Мои дети дали им клички Бисквит и Подливка.
Дети... она слышала о близнецах во время своих многочисленных скитаний, но никогда их не видела.
- Сколько лет твоим детям?
Эшлин засияла от гордости.
- Урбану и Ивер восемь мес... лет, - поправила она себя, и ее счастье увяло.
Странная реакция.
Неважно. Катарина стала помогать отцу, как только начала ходить.
- Они могут понаблюдать за моей работой, но должны делать все, что скажу и когда скажу.
- Ты так добра. Я сообщу им. Ох! И их уже проинформировали не причинять тебе вред, так что не стоит беспокоиться.
Восьмилетки опасны для нее? Да бросьте.
Разве что они бессмертные?
Верно. Новый мир, новые правила. Ей придется приспособиться.
Ее взгляд пересекся с прощупывающим взглядом Бадена.
- Ты идешь с нами?
- Нет. - Он потер наручи, скрытые под одеждой. - Мне нужно выполнить работу.
"Какую работу?" - едва не спросила она. Для него, вероятно, лучше, если Катарина не узнает.
- Будь осторожен.
Слова вырвались, и хотя она хотела забрать их обратно... "слишком беспокоишься, почти навязываешься"... но не стала.
Баден удивленно моргнул.
- Хорошо. Ты тоже.
Между ними повисла напряженная пауза, и она не могла точно понять ее причину.
Возможно, он тоже не мог. Баден нахмурился и вышел из комнаты.
Эшлин взмахнула и сцепила руки.
- По словам других воинов, Баден самый шикарный мужчина на планете, но смерть изменила его. Как и наручи, которые он носит. Он стал жестче, холоднее. Но я знаю, что Баден никогда не причинит тебе зла.
Ее сердце застучало словно барабан на рок-концерте.
- Что делает меня такой исключительной?
- Ах, милая. То, как Баден смотрит на тебя... ну, я уверена, ты узнаешь ответ из первых уст. И скоро!
Глава 9
"Похоже сейчас нафиг-это-дерьмо время".
- Кайя, Уничтожительница Крыльев Гарпия из клана Скайхоук
Джиллиан Брэдшоу - для друзей Джилли, хотя она презирала это прозвище все сильнее и сильнее, желая доказать себе, что стала взрослой - перевернулась на мягком матрасе, когда ужасная лихорадка охватило ее тело. Большая часть последних дней стала размытым пятном, но она помнила, как Кили дала ей выпить что-то прохладное.
"Счастливого восемнадцатилетия, малышка. Это претворит все твои мечты в жизнь... мечты, о которых ты даже не подозреваешь. Не стоит благодарности".
А когда Джиллиан вскрикнула от боли, Кили сказала: "Я на сто процентов уверена, что на девяносто три процента убеждена, что дала тебе верную дозу. Эм. Твои симптомы... ну, они не сулят ничего хорошо. Возможно, нам стоит перейти к плану Б?"
Джиллиан вроде бы помнила, как Уильям собирался закрыть ее позже в тот день и отнести... куда-то еще. Должно быть, он так и сделал. Никто из ее друзей не навестил ее, чтобы пожелать здоровья.